Книга Парижский роман, страница 75 – Рут Райшл

– Ну? – подбодрила Стелла.

– Ты как будто оказалась недостающим звеном.

Стелла почувствовала, как глаза наполняются слезами.

– Правда?

– О да. Люси это сразу увидела. По-моему, ты старше меня, но я воспринимаю тебя как младшую сестренку, которую всегда хотел. Я чувствую себя защитником, желаю тебе добра. Хочу, чтобы ты нашла картины Викторины. И… – Он снова замолчал, поколебался, но затем продолжил: – Может, тебе стоит поговорить с Ричардом Олни о мужике, с которым у твоей матери был роман? Я знаю, что ты не можешь решиться, но когда-нибудь, возможно, пожалеешь, что не воспользовалась таким шансом.

Он поднял на нее глаза, увеличенные стеклами очков.

– Ничего, что я тебе это говорю?

– Неделю назад я бы возмутилась. Но сейчас… – Стелла помедлила мгновение, а потом сама себя удивила, поцеловав его в щеку. – Я это обдумаю.

Ложилась Стелла почти счастливой, а проснулась с ощущением покоя: у нее появился план. Сегодня они с Люси собирались отправиться на поиски записи о крещении Викторины.

– Куда пойдем сначала? – спросила девочка, когда они пересекли Новый мост.

– В церковь Сен-Дени-дю-Сен-Сакреман.

– Почему туда?

– Я посмотрела кое-какие документы: там написано, что прихожанами этой церкви точно были ремесленники. И еще, она прямо в центре Маре, удобно оттуда начать.

Построенная в классическом стиле, Сен-Дени-дю-Сен-Сакреман больше походила на греческий храм, чем на католическую церковь. Фасад украшали огромные колонны, и внутри повторялась та же тема: греческие колонны выстроились по всему нефу.

Люси, впорхнув внутрь, замерла и внимательно оглядывалась по сторонам, пока не приметила высокого мужчину в черном, с белым воротничком священника. Она вежливо подождала, пока он закончил разговор с прихожанином и подошел к ним. Тогда Люси потянула его за рукав, и он посмотрел вниз с высоты своего огромного роста.

– Oui ma fille?[52]– пропел он.

Люси не успела открыть рот, как он резко ее оборвал.

– Я принимаю прихожан только по вторникам с пяти до семи, – наставительно сказал он.

К удивлению Стеллы, Люси пустила большущую слезу. Пока та катилась по щеке, девочка дрожащим голоском объясняла, что ей необходимо разыскать свою прабабушку безотлагательно, прямо сейчас. Она тараторила так быстро, что Стелла не поняла, что она там напридумывала, зато видела, что священник тает на глазах.

– Oh, mais quel petit ange… Bon, allez, viens![53]

Священник простер руку вперед и повел их в кабинет, где хранились приходские записи. Взяв огромную конторскую книгу, он открыл ее, и они склонились над фолиантом, вглядываясь в записи 1840-х годов. Чтобы разобрать каждое имя, потребовалось много времени, и священник, казалось, искренне расстроился, когда Викторина так и не нашлась.

– Вам, – обратился он к Стелле по-английски с сильным акцентом, – стоит попытать удачи в Сен-Николя-де-Шан. Я, правда, не знаю, когда там у священника приемные часы для прихожан, так что… – Он явно намекал, что тамошний священник так легко не поддастся чарам Люси.

– Не переживай, – сказала Люси, когда они шли к следующей церкви, – я упрошу священника поговорить со мной.

Взяв Стеллу за руку, она уверенно повела ее через обнесенный стеной сад, окружавший огромный дом, розовый, как свадебный торт. Вдоль дорожек в саду зеленели похожие на леденцы кустики-пирамидки. Стелла уже привыкла к тому, как невероятно красив город, и потому ее ничуть не удивило, когда Люси, посмотрев на окна, сказала с тоской: