Книга Посмотри в ее глаза, страница 127 – Людмила Мартова

– Нет, я умолял маму, чтобы она выяснила это через его поверенного, с которым оставалась на связи, пока поступали деньги, но она наотрез отказалась. Несмотря на то, что она была счастлива в новом браке, ее очень задел поступок отца, и то, что он меня совсем забыл, она тоже не простила. Она же не знала, что это из-за Мишки. Я устроился на работу в один из банков. Отчим помог. Работал, жил. Только вот отношения с женщинами у меня не ладились. Я не мог им доверять, понимаете. Я, вступая в новые отношения, ждал, что меня обязательно снова бросят. Иначе и быть не могло, потому что меня бросил родной отец. Поэтому я всегда уходил первым, бросал их сам и делал это еще до того, как они причинят мне новую боль. Я просто больше не мог терпеть боль, понимаете?

Признаться, Макаров понимал плохо. Все эти сопли в сахаре не вызывали у него ничего, кроме недоумения. Его жена Даша всегда говорила, что у него нет тонкой душевной организации и что он устроен чрезвычайно просто. Что ж, Евгений не видел в этом ничего дурного, тем более что присущая ему простота не мешала Даше его любить.

– Зачем вы приехали в Излуки? Чтобы отомстить?

Головачев опять удивленно уставился на него.

– Отомстить? Нет, конечно. Я просто в какой-то момент понял, что прошлое не дает мне нормально жить. Ни семьи, ни детей. Карьеру я сделал неплохую, но что с того, если моими доходами и достижениями некому пользоваться. И радоваться за меня тоже некому. Я так от этого устал. Я решил, что должен найти отца, выяснить, почему он тогда так поступил, и закрыть для себя эту историю. Двигаться дальше. Каждый из нас должен принять последствия давно совершенных поступков, какими бы тяжелыми они ни были. Включая меня. Прошлое, полное боли и слез, должно остаться за спиной. Я решил, что отныне я – новый человек, полностью готовый к тому, что будет дальше. Меня ждет новая прекрасная жизнь, но для того, чтобы она началась, я должен найти отца.

– И как вам это удалось? Вы обращались в госорганы? Нанимали частного детектива?

Головачев вдруг улыбнулся. Широко, открыто, словно был страшно доволен тем, как он провернул такое хитрое дело, как поиски давно бросившего его отца.

– Нет, я поступил проще. Я вышел на Костика.

– Левшина?

– Да. Вы же знаете, что он мой двоюродный брат. Спустя пару лет после того, как отец ушел от мамы, его младший брат, дядя Павел, поступил точно так же. Бросил Костика с его матерью. Конечно, Клава никогда не была Павлу законной женой, только, как это называется, официальной любовницей. Черт, никогда не понимал этого выражения. В общем, отец тогда взялся им помогать, тем более что Костик заболел на фоне всей этой истории, у него случилось нервное расстройство. Он оказался слабее меня и попал к психиатру. В общем, отец тогда принимал такое участие в его судьбе, что я решил, что они продолжают общаться.

– Я был уверен, что ты убил Мишку, – глухо сказал Иван Петрович. – И считал, что это моя вина. Я не разглядел, что тебя изнутри пожирает тот же монстр психического нездоровья, что поразил и Костика. Что это какая-то семейная поломка гена. Костика вывели из его состояния медикаментозно, хотя он не пытался убить никого, кроме себя. Но мы много лет не общались. Только переписывались по праздникам. Ну, и деньги я им иногда посылал. Они трудно жили.