Книга Графское наследство, страница 56 – Наталия Антонова

— Исчезаю, — ответил Ахметов, и не успел Наполеонов оставить за собой последнее слово, как оперативник скрылся за дверью.

Наполеонов постучал несколько секунд пальцами по столу, потом вызвал к себе старшего лейтенанта Любаву Залесскую.

Едва оперативница переступила порог его кабинета, как он заявил:

— Садись! Тут такое дело.

— Дело Бужанских.

— Точно. Появилась информация, что у графини был любовник.

— И что? — спросила Любава, подумав про себя: «Тоже мне невидаль, у молодой богатой красавицы любовник. Как ему не быть при старом муже?»

— Я хочу, чтобы ты позвонила ему, договорилась о встрече, очаровала его и выведала у него все подробности его связи с графиней Бужанской.

— А очаровывать его обязательно? — пошутила Любава.

— Желательно! — серьёзно ответил Наполеонов. — Чтобы вызвать его на откровенность, — пояснил он.

— Хорошо, я постараюсь выполнить ваше задание, — пообещала Любава.

— Не «постараюсь», а «выполню»! Всё! Иди!

Выйдя из кабинета следователя, Залесская сразу же позвонила Валюшину.

— Аллоу! Кто это мне звонит? — протянул мужской голос, по-видимому, рассматривая высветившийся незнакомый номер.

— Игнат Терентьевич? — спросила вместо ответа Любава.

— Он самый! С кем имею честь…

— Любава Залесская, старший лейтенант полиции.

— Полиции? — изумился Валюшин.

— Точно так, — подтвердила она. — Нам с вами необходимо побеседовать.

— И на какую же тему хочет беседовать со мной полиция? — с лёгкой капризностью в голосе проговорил Валюшин.

— У одной вашей знакомой случилось несчастье. Но я не могу говорить с вами об этом по телефону.

— Скажите хотя бы имя знакомой.

— Графиня Бужанская.

— Таисия?

— Да, её так зовут.

— Сто лет с ней не виделся. Так что, вы говорите, с ней приключилось?

— Я говорю, что разговор этот, как ни банально, не телефонный.

— Ну да, ну да, — согласился он.

— Игнат Терентьевич, где мы могли бы с вами встретиться?

— Видите ли, — замялся он, — я не могу пригласить вас к себе домой.

— Я и не напрашиваюсь к вам в гости, — усмехнулась Любава.

— Тогда, может быть, вас устроит кафе?

— С лёгкостью! — ответила Любава. — Любое, кроме дорогих.

Валюшин весело рассмеялся и проговорил:

— Если вы девушка красивая, то я готов заплатить за нас обоих.

— Красивая, — ответила Любава. — Но каждый платит за себя.

— Гм… — судя по всему, задумался Валюшин. Потом спросил: — «Белоснежка» вас устроит?

— Вполне, — ответила Любава. Практически все в городе знали это кафе. «Белоснежка» не относилась к престижным заведениям, но привлекала тем, что весь обслуживающий персонал там был в одежде гномов и гномих. В роли Белоснежки выступала сама хозяйка заведения. Она время от времени проплывала перед глазами посетителей в длинном серебристо-белом одеянии с зеркалом за поясом.

Немаловажным было и то, что в «Белоснежке» не задирали цены.

— Я буду ждать вас за столиком возле бара, — проговорил Валюшин и отключился.

Любава позвонила оперативнику Дмитрию Славину и попросила:

— Дима, подбросишь меня до «Белоснежки»?

— Подброшу. А что, у тебя там свидание?

— Типа того, — отозвалась она.

— Да? Должен тебя предупредить, что я ревнивый.

— Я запомню, — засмеялась Любава, — только подъезжай скорее.

— Ты где?

— У следственного комитета.

От управления до комитета было не так далеко, так что Любава не успела даже продрогнуть на мартовском ветру.