Книга Графское наследство, страница 58 – Наталия Антонова

— Почему именно с ней?

— Потому что она не только богатая, но и молодая. Знаете ли, — признался он с бесстыдной откровенностью, — не очень-то приятно пыхтеть на старухах. Виагру горстями жру.

— А работать вы не пробовали? — не удержавшись, спросила Любава.

— Ну вы тоже скажете! — ухмыльнулся Валюшин. — Работать. Да мне и некогда работать.

— То есть? — на этот раз удивилась Любава.

— Посудите сами. Утром завтрак с дамой, потом тренажёрный зал, бассейн, массаж, косметические процедуры. И так до ужина. Потом ресторан с дамой или клуб, а там и баиньки. А это для меня самая тяжёлая работа.

— Бедненький, — посочувствовала Любава.

Валюшин внимательно вгляделся в её лицо, пытаясь понять, шутит она или говорит серьёзно.

Любава между тем проговорила:

— Правильно ли я вас поняла, что Бужанская променяла вас на другого мужчину?

— Правильно, — вздохнул Игнат. — Решила, что я влетаю ей в копеечку. Пошла на поводу у своей жабы.

— Какой ещё жабы? — не сразу поняла оперативница.

— Ну вы даёте, — рассмеялся Игнат. — Той, что душит.

— Вот оно что. То есть нашла себе любовника, за которого нужно платить меньше.

— Можно сказать, почти бесплатного. Хвостов его фамилия.

— А адресок не подскажете?

— Нет. Но он всё ещё то ли учится в университете, то ли в папочкиной фирме подвизается.

— Что за фирма?

— На Ильичевской девятиэтажка. Торгуют сантехникой.

— Спасибо.

— Не за что. А вот если вы заплатите за кофе и за пирожные, то я кое-что подарю вам.

Любава посмотрела на него недоумённо, но счёт оплатить согласилась и спросила:

— Что же вы хотите мне подарить?

— Вот эту штучку! — Он протянул ей флешку.

— Что это?

— Прослушаете — узнаете, — ответил он загадочно. — Заодно убедитесь в моём бескорыстном к вам отношении.

— Ну что ж, спасибо, — проговорила Любава. — До свиданья.

— До свиданья, прелестная девушка. Как жаль, что вы не богаты.

— Отчего же жаль? — не поняла Любава.

— Будь вы богаты, мы могли бы быть вместе, — подмигнул ей Игнат.

И Любава едва удержалась от того, чтобы не прыснуть со смеху. Такой клад, как Валюшин, ей и забесплатно не нужен.

Выйдя из кафе, она позвонила Славину:

— Димочка, ты не передумал заезжать за мной?

— Подъеду, если ты обождёшь минут пятнадцать.

— Я тогда забегу в «Магнит» пока. Ладно? А то у меня в холодильнике шаром прокати.

— Забеги обязательно. Котлет прикупи.

— Нет! Котлеты я сама сделаю. У меня дома фарш лежит, я навертела в субботу.

— Тогда ладно. А то котлет с картошкой жуть как захотелось.

Любава рассмеялась, отключила связь и поспешила в магазин.

Подобравший её вместе с увесистой сумкой Славин, высаживая девушку возле следственного комитета, сказал:

— Сумку я возьму с собой в управление. Наполеонов не похвалит тебя за поход в магазин в рабочее время.

— Так я на минуточку, — проговорила в своё оправдание Любава.

— Следователя твои отговорки не растрогают.

— Пожалуй, ты прав. Хотя, если между нами, — заметила Любава, — Александр Романович покушать очень даже любит.

— Не то слово, — улыбнулся Славин.

Наполеонов выслушал оперативницу, покрутил в руках флешку и вставил её в ноутбук. Зажурчал голос молодой женщины. Кажется, она была немного пьяна. Голос, скорее всего, принадлежал Таисии Бужанской. «Это несложно будет установить», — подумал Наполеонов. Но, прослушав запись до конца, следователь решил, что оно того не стоит. Графиня жаловалась на то, что в замужестве ей «и скучно, и грустно, и некому лапу пожать», но никаких угроз с её стороны в адрес мужа не было. Как ни старался следователь, не услышал даже намёка на то, что молодая женщина хочет избавиться от мужа. Зато мужской голос, который Любава опознала как голос Игната Валюшина, кое-какие намёки делал. Но графиня не реагировала на них.