Книга Вход только для мертвых, страница 81 – Валерий Шарапов

По-быстрому загасив папиросы, оперативники кинулись на его взволнованный голос. Колючий шиповник колол, царапал открытые части тела, но на такие пустяки никто не обращал внимания. Пробравшись сквозь топорщившиеся шипами ветки, милиционеры очутились на небольшом открытом пятачке, засыпанном прошлогодними палыми листьями. Тяжелая каменная плита, обросшая синим и зеленым ворсистым лишаем и мхом, поверх которого уже проросли молодые клены, была немного сдвинута, и под ней зияла черная скважина.

Журавлев стал на колени, заглянул внутрь. Из глубины склепа в лицо пахнуло сыростью, затхлым воздухом… Сверху хорошо был виден высокий каменный гроб, закрытый резной крышкой. Илья посветил фонариком. В желтом кружке тусклого света отразились неровные кирпичные стены, беленные отсыревшей от времени известью. На одной из стен, надо думать в ногах покойника, висела мутного письма ветхая икона с едва различимым ликом Иисуса Христа. Вокруг же самого гроба, стоявшего на влажном бетонном полу с наносом грязной земли сверху, которая, очевидно, попадала туда во время летних непродолжительных дождей, было пусто.

Ничего особенного и уж тем более подозрительного в склепе не было; но что-то все же острого на глаз опытного оперативника насторожило. Илья лег животом на край склепа, сунул вытянутую руку в дыру, освещая каждый сантиметр довольно тесного пространства. На миг перед глазами мелькнул отчетливый отпечаток обуви. След выглядел свежим, что указывало на то, что недавно кто-то успел здесь побывать. Воровать у покойника, собственно, было нечего, и Журавлев решил спуститься в склеп. Он с трудом протиснулся в узкую щель, присел на корточки перед следом, внимательно его осматривая. Судя по рифленой подошве в виде елочки, вдавленной в подсохшую грязь, это был отпечаток гражданского ботинка, оставленный человеком чуть выше среднего роста.

— Чего там? — нетерпеливо поинтересовался сверху Орлов. — Не молчи.

— Пока нечего сказать… — отозвался глухо, как из погреба, Журавлев. — След недавний… для чего человеку понадобилось сюда залезать, никак не пойму. Если за старинной иконой? Так она сгнила давно… Никакой ценности собой не представляет.

— Мальцы, может, баловались?

— В том-то и дело, что не мальцы-огольцы. Кто-то из взрослых тут отметился. Ботинки как минимум сорок третьего размера.

— Странно…

— И я о том же…

Сидя на корточках, Журавлев повернул голову влево и снизу вверх сбоку посветил на гроб. Луч скользнул по его мрачной поверхности, и он увидел, что крышка гроба чуть сдвинута. Илья оживился, поднялся.

— Должно быть, покойника кто-то навещал. Разжиться золотишком намеревался! — крикнул он уже другим, несколько веселым голосом. — Да, видно, ничего ему не отвалилось… Как говорит Федоров, пустые хлопоты.

Илья прихватил зубами фонарик, взялся за влажную осклизлую крышку, поднапрягся и сдвинул край на полметра в сторону. Он ожидал увидеть истлевшие тряпки, на крайний случай дряхлый, рассыпавшийся от старости скелет, но, к своему изумлению, вдруг увидел гроб, заполненный доверху дорогими натуральными мехами. Не веря своим глазам, он ладонью потрогал мягкий, чуть прохладный, приятный на ощупь ворс.

— Клим, — обрадованно крикнул он, запрокинув голову, глядя блестевшими от удачной находки глазами на улыбающиеся физиономии, вверх, — да тут целые запасы выделанных шкурок соболей, куницы, норки, белки… Сдается мне, что это те самые, которые украли из артели «Меховик»? Надо же, как нам подфартило!