Книга Фредерик, страница 89 – Алиса Бастиан

— Съедобную, — ответила ты, и он улыбнулся, занявшись заказом. Ты заметила бутылку красного вина и два бокала на столешнице около холодильника и решила ещё раз осмотреть квартиру. Ты направилась прямиком в гардеробную.

Пиджаки, которые ты отбраковала в тот раз, исчезли. Как и пёстрые, узорчатые галстуки. Даже ряды рубашек поредели — ты отметила, что остались в основном приличные; очевидно, доктор Ч. уловил общую перемену стиля. Точнее, его обретение. С обувью проблем не было и раньше (не считая тех случаев, когда ботинки доктора Ч. оказывались на столе, но такого в последнее время больше не случалось), остальная одежда тоже была вполне вменяема. Похоже, пока что доктор получает от тебя даже больше пользы, чем ты от него. Особенно учитывая, чем закончится этот вечер.

Еду из ресторана привезли очень быстро, после тщательного изучения гардероба ты даже не успела рассмотреть до конца все книги в шкафах доктора Ч. Правда, ни одна из увиденных тебя не заинтересовала. Доктор Ч. рассчитался с доставкой и завозился на кухне, потом тебя привлёк аромат, доносящийся оттуда, и ты пришла. Стол был красиво сервирован, ужин выглядел замечательно. Нежное даже на вид фрикасе со шпинатными баветтини и помидорами черри. Особенно в тему были два уже налитых бокала вина. Ты хотела бы выпить оба.

— Вроде неплохо? — полувопросительно сказал доктор, когда вы одолели половину ужина.

— Да, — ответила ты, — мне нравится.

Правда.

Доктор Ч. вознамерился налить тебе ещё вина, и, видя, что ты его неостанавливаешь, наполнил твой бокал. Но себе он наливать второй не стал.

Какой разный подход к планируемому продолжению вечера.

Вы доели, доктор Ч. сложил посуду в посудомоечную машину и предложил перейти в гостиную. У тебя засосало под ложечкой. Тебе почему-то взбрело в голову, что он поведёт тебя прямиком в спальню. Возможно, второй бокал был не так уж необходим.

— Сыграете для меня? — спросил он, когда вы вошли в гостиную.

Ты посмотрела на рояль и поняла, что это неизбежно.

— Сыграю, — согласилась ты.

Доктор Ч. был приятно удивлён.

— Но не для вас, а для себя.

Он усмехнулся и сел на диван, закинув ногу на ногу, а ты села за рояль. Доктор уставился на тебя, и ты вопреки желанию почувствовала неловкость. Как будто внезапно напавшей скованности было мало. Тебя отвлекало, что он вот так на тебя пялится. Мог бы ещё за спиной встать. Ты думала, что бы такого сыграть, но когда выбрала, не смогла начать. Его проклятый взгляд сводил тебя с ума. Доктор Ч., похоже, смекнул, в чём дело, взял с журнального столика медицинский журнал и сделал вид, что внимательно его изучает. Ты с облегчением выдохнула, даже не заметив этого. Пальцы коснулись клавиш, и ты поразилась богатому, глубокому звучанию. Рояль был хорош.

Доктор Ч. поднял на тебя глаза уже после первой строфы, но это было не важно. Когда музыка начинала звучать, отвлечь тебя было уже невозможно.

Ничто сейчас не должно было напоминать тебе о твоей любви. Поэтому ты играла не Шопена, не Кристла, не Дебюсси. Ничего из того, что вы играли вместе. Что могло бы ассоциироваться с вами. Вспомнить такое произведение было нелегко — но ты вспомнила. Онсчитал его слишком популярным, слишком заезженным, и ты никогда не говорила ему, что на самом деле обожаешь эту музыку. Пусть она действительно стала даже чересчур известной, она не стала от этого хуже. Ты смотрела «Амели» один раз, очень давно, и практически ничего не помнила, но музыка оттуда… О, да. Ты выбрала «Вальс».