Онлайн книга «Слово о Сафари»
|
Воронцов с интересом следил за нашими тренировками, но всё же сомневался, сумеют ли семидесятикилограммовые пареньки выстоять против хоть и не столь обученного, но физически более мощного мужика. Под мощным мужиком, естественно, подразумевались наши качки. Ничего не подозревая, они дружной каратистской командой явились на первое показательное выступление в баскетбольном зале моих башибузуков и с насмешками стали наблюдать за их поединками. — Да я голыми руками эту пацанву к забору приколочу. — Его же щитом его же и оглоушу. — За ногу поймаю и на лампу закину. — А пожалуйста, — сказал я и предложил желающим 58‑й размер защитных доспехов. Семнадцатилетний Алик Тарасенко был среди ребят не самым боевым, зато самым смышлёным, умел подставлять щит под таким углом, что любой удар противника получался скользящим. Его поединок с девяностокилограммовым качком вызвал всеобщийхохот, так как последний минуты три никак не мог по Алику попасть. Когда же в ярости ринулся вперёд очертя голову, Алик применил знаменитый хоккейный приём Владимира Васильева, подставив своё бедро, отчего качок совершил изящный кувырок в воздухе и всей спиной приземлился на дощатый пол. В общем, забава-мораль получилась что надо. И как после боксёрского выступления зграи, зарубка в памяти о лихости легионерского спецназа у казиношников отложилась накрепко. Постепенно, шаг за шагом улучшились и наши финансовые дела. Аполлоновская видеостудия от простого перевода перешла к масштабному тиражированию видеокассет, причём мы выговорили себе право сами продавать кассеты по всему Приморью, за исключением его четырёх главных городов. Что стало для нас настоящим золотым дном, особенно после того, как мы ещё сумели освоить красочную упаковку для видеофильмов. Книгоман Севрюгин между тем рвался к ещё более перспективному делу: книгоиздательству. Но книгопечатные машины — это не кофейные автоматы: и дорого, и раздобыть непросто. — А давай подадим заявку на строительство на Симеоне ПТУ печатников, — предложил Воронцов. — Да кто ж это нам позволит? — Вадиму такое казалось абсолютно недостижимо. — А сделаем так, — продолжал развивать свою авантюру главный командор. — Подаём заявку, получаем первое, ничего не значащее принципиальное согласие, с этим согласием заказываем за тридевять земель печатные машины. Когда они приходят к нам, получаем хорошо обоснованный отказ в строительстве ПТУ, но машины-то будут уже у нас! Так оно всё и случилось, с той лишь разницей, что в строительстве ПТУ нам вовсе не отказали… Из воронцовского эзотерического… Как же раздражительно действует слово «цивилизованно»! И пальцем ещё непременно ткнут в Западную Европу. Да, действительно, 500 лет торгашества и накопительства что-то там такое произвели. Но, во-первых, это ещё слишком малый срок в историческом плане, чтобы петь ему осанну, а во-вторых, что же такое эти 500 лет произвели с человеческой психикой? Если для нормального человека внутреннее повеление просто: «прояви себя!», то для цивилизованного — «прояви себя на своём месте». И вот уже каждый изо всех сил вкалывает в отведённом ему стойле, принимая стенки стойла за непреложную данность, рассчитывая только на свои способности и не помышляя ни о каком самозванстве, столь милом русским мозговым извилинам. |