Книга Жестокий король, страница 138 – Рина Кент

«В КЭШ учится дочь убийцы».

У меня чуть сердце не выпрыгивает из груди, когда я открываю оригинальный пост.

По сообщению одного из участников группы журналистов, у него имеются сведения о том, что в КЭШ учится дочь убийцы, и вскоре он раскроет ее имя.

У меня перехватывает дыхание, комната начинает вращаться.

Как… Как они могли узнать так быстро?

Знали только мы: я и папа.

И… Джонатан Кинг. Неужели он пытался через меня уничтожить моего отца?

Но разве таким образом он не опорочит имя школы?

Ему ведь принадлежит большая часть акций, зачем губить ее?

Я уже собираюсь позвонить Дэну, когда в мою комнату кто-то начинает долбиться. Я вздрагиваю.

Не успеваю я отреагировать, как Николь врывается внутрь и захлопывает за собой дверь.

Вид у нее растрепанный. Глаза налиты кровью, по щекам бегут слезы. Волосы торчат во все стороны.

— Что происх…

— Я не имею никакого отношения к тому, что случилось той ночью, – выпаливает она, бегая глазами. – Я правда ничего не знала о несчастном случае, мне просто нужен был Дэниел. Вот и все.

— Тебе нужен был Дэниел? – переспрашиваю я удивленно. – В смысле мой лучший друг Дэн?

— Да, да, тот самый Дэн!

— Но… ты же всегда оскорбляешь его, смотришь на него свысока.

— Это защитная реакция, тупица. – Она хлюпает носом. – Я не собиралась накачивать тебя наркотиками. Один бокал приготовила ему, а второй – себе, но он выхватил его у меня из рук и отдал тебе.

Ох.

— Стой. Дэн тоже был под наркотиками?

— Да, и ту ночь провел со мной. – Она вздергивает подбородок.

— Боже. Мой. – Я шагаю к ней. – Проклятье, что ты сделала с ним, Николь?

— Это все из-за тебя, – огрызается она в ответ. – С тех пор как ты появилась в моей жизни, в моем доме, в моей школе, все покатилось к чертям. Он с самого начала был моим. Я первой увидела его! Почему ты никак не свалишь отсюда, чтобы все вернулось на свои места?

Она вылетает из комнаты прежде, чем я успеваю что-то сказать.

Хотя у меня все равно нет на нее времени.

О боже! Все это время я была слепа.

В ту ночь пострадала не только я. Дэн тоже подвергся нападению. Почему он ничего мне не сказал?

Я звоню ему, но он не берет трубку.

— Черт возьми, Дэн. – У меня срывается голос. – Ответь!

Я продолжаю названивать ему и параллельно надеваю толстовку. Мне нужно отыскать его, а потом придушить за то, что скрыл от меня такое, – после того, как обниму его.

Выходя из комнаты, я натыкаюсь на папу. Отступаю назад с опущенной головой.

— Э-э, папа… То есть отец, прости. Мне нужно повидаться с Дэном.

— Это может немного подождать? – Он входит внутрь. – Тем более Дэниел сейчас на комиссии.

— П-по поводу чего?

— Его профориентации, – отвечает папа. – Он упоминал об этом в разговоре с Сарой сегодня утром, когда приходил, а ты не хотела никого видеть. Сказал, что зайдет позже.

— О, ясно. Ну ладно. – Я выдыхаю. Даже не знаю, с чего я решила, что он в опасности.

Папа неуверенно проходит в комнату, будто видит ее впервые.

Я сглатываю.

— Ты хотел о чем-то поговорить, папа? – Я морщусь. – То есть отец.

— Зови меня папой. – Его взгляд смягчается. – Прости, Астрид, что заставил тебя делать то, что тебе неприятно.

— Ла-адно. – Теперь, когда папа разрешил мне звать его папой, я почему-то нервничаю сильнее.

Чувствую себя странно: как заключенный, которому предлагают последнюю трапезу перед исполнением смертного приговора.