Онлайн книга «Чужие дети»
|
Настя так долго мучилась угрызениями совести, пока не могла забеременеть. Артем молодец. Поддерживал ее, был внимателен и осторожен. На их примере я заново начинаю понимать, насколько важно быть с партнерами похожими, «из одного теста». Настя и Артем словно продолжение друг друга. Как в симфонии, где последний такт одной части созвучен с первым тактом другой. Оба глубокие и закрытые люди, которые живут не напоказ и не для заголовков газет. Редкость в нашей семье. Эксклюзив. — Ты волнуешься перед «Кинотавром»? — спрашиваю неожиданно даже для себя. Адам убирает пустую чашку на журнальный стол, заваленный папками Багдасарова, приподнимается, и, упершись локтями в широко расставленные колени, подпирает подбородок кулаком. Смотрит на меня внимательно. — Нет. Не волнуюсь. — Разве тебе не обидно остаться просто номинантом… всем ведь хочется победить? — между делом продолжаю разбирать подарки, складывая ровно пакеты. Иначе мы здесь до утра просидим. Совсем скоро приедет Арман. Зная его вспыльчивый, ревнивый характер, лучше избежать лишних встреч с Варшавским у нас дома. — Смотря что считать победой, Катя. Тому, для кого главный трофей — премия, конечно, будет обидно. — Для тебя, значит, не главный? — Нет. — И? — многозначительно приподнимаю брови. — То, что этот проект вообще случился, гораздо важнее. Я был не лучшим мужем для тебя, рад, что смог показать тебя такой, какая ты получилась в «… пуантах». Склонив голову набок, наблюдаю за ним. — И какая же я… получилась? — Женственная, драматичная и такая, какая ты есть — настоящая. А еще у тебя там главная роль… — А это важно?! — На мой взгляд — да. Особенно когда ты часть такой семьи, как твоя. Но заслуга здесь не моя, Катя. Больше твоя. Чтобы сыграть главную роль, недостаточно ее получить, важнее — разрешить себе ее исполнить. Как в кино, так и в жизни. Ты с этим справилась на «отлично». — Я заметила, все время делаешь акцент на моей семье, а ведь ты сам почти из такой же... богатой и успешной. Твой отец — был известным бизнесменом, мама тоже довольно популярной. В Европе так точно... Кстати, как она сейчас? Взгляд Адама становится отстраненным. — Относительно нормально... — Возможно, у тебя будет повод познакомить с ней Лию?.. — Это вряд ли, Катя. Она сейчас в лечебнице. Мы со Стефаном занимаемся ее незакрытыми делами. — Вот как?.. Что-то серьезное? — Скорее, обострение хроники… — Мне очень жаль, Адам. Не знаю, почему вы с ней никогда не были близки, но уверена, ей приятно, что сыновья сейчас помогают… — Спасибо, — отвечает отстраненно и как-то канцелярски. Это неожиданно ранит, хотя он и раньше не был открыт на тему семьи. Разве что… часто рассказывал о своем детстве. И об отце, которого безумно любил. — Спасибо за кофе. Где же наша именинница? — Адам поднимается на ноги и забирает пиджак со спинки кресла. — Думаю, мне пора, — галантно протягивает руку мне. Я вкладываю пальцы в теплую ладонь и тут же, не очень грациозно поднявшись с пола, их отдергиваю. Мы, конечно, ведем себя цивилизованно и по-взрослому, но телесный контакт — это не та сфера, в которой я бы хотела проверить свою выдержку. Обойдя квартиру, находим нашу с этого дня пятилетнюю дочь в детской комнате, крепко спящей. — Помочь тебе все убрать? — спрашивает Адам, кивая в сторону гостиной. |