Книга Чужие дети, страница 72 – Лина Коваль

— Я ни за что бы не стала этого делать. Звонить кому-то, чтобы что-то рассказать. И зачем это сестре… не понимаю. Как я и говорила, видео я записала на эмоциях, после того телефонного разговора…

— Если честно, этот скандал сильно ударил по моей репутации. Да еще и Варивода активизировался, начал искать Ирину, угрожая мне расплатой. Приезжал в офис «ФильмМедиа», говорил про семью, Шуваловых-Бельских…

Он замолкает и, убрав пустой стакан на переднюю панель, активно растирает лицо ладонями.

— Идею этого ложного брака подхватили силовики из твоего же интервью, это был идеальный вариант. Одновременно обезопасить и детей Ивановых усыновлением, и вас с Лией, при этом остаться друзьями с Вариводой, внедриться в их круг, узнать все изнутри. Рассказать тебе я не мог, да и, если честно, первое время был зол из-за скандала.

— Я тоже на тебя злилась. — И продолжаю злиться. — Но… ты правда подружился с ним? Это ведь его я видела в твоем офисе на следующий день после приезда в Москву?

— Его. Подружился. Постольку-поскольку. Помимо активной деятельности в стране, эти ублюдки вывозили детей за границу. Алексея заинтересовало мое европейское прошлое, я свел его с некоторыми людьми, естественно, подставными. Плюс познакомил со Стефаном.

— Твой младший брат? А он здесь при чем?

— Нужно было показать свое доверие. Стефан согласился участвовать. Он, кстати, с недавних пор в Москве.

— Поняла.

— Все эти два с половиной года, пока сотрудники ФСБ собирали информацию на каждого участника организации, вне зависимости от статусов и должностей (а многие из них часто мелькают по телевизору), моей задачей было жить обычной жизнью семейного человека. Приглашать в гости друзей, выходить на красные дорожки, воспитывать парней. С последним не очень получается, но я стараюсь как умею…

— Постой, ты сказал обезопасить нас с Лией. Это значит… — хмурюсь, уже все понимая.

И как я раньше не догадалась?

— Твой отец был в курсе, Катя. После смерти Ирины и угроз Алексея, пришлось ему рассказать. Ограничение в родительских правах было идеальным вариантом для отвода глаз. Ваше пребывание в Бресте — тоже. Кстати, там вы постоянно находились под охраной.

— Я в шоке, Адам, — горько усмехаюсь.

— Правда, Антон Павлович отказался помогать мне, чтобы отмотать все назад. Просто послал меня, когда вы вернулись. — Адам вздыхает. — Вредный старик. Кстати, не знаешь, почему он меня так не любит?

— Ты слишком талантливый, — говорю тихо. — Папа — нарцисс, ему нравится учить, направлять, участвовать в судьбах. Тех, кто пробивается сам, он всегда недолюбливал. Правда, у меня было ощущение, что сначала все же ты ему понравился…

— Я тоже так считал, — напряженно вздыхает Адам и пристально разглядывает мое лицо. — В любом случае с недавних пор Варивода и основная часть его подельников арестованы. Задержания проходят без лишнего шума. Как только все закончится, Ирина Иванова будет похоронена официально.

— А мальчики? Что с ними будет, Адам?..

— Я продолжу им помогать. Ирина до смерти напугала их страшными родственниками, поэтому они с большим энтузиазмом участвуют в операции. Со старшим сложно. Ершистый малый. Младший проявляет интерес к кино, хочу взять его на съемки. Может быть… даже дать роль в нашем фильме. Ты не против?