Книга Клятвы и бездействия, страница 52 – Сав Миллер

Я не могу, правда.

— Ты же понимал, что все это время я не сам придумывал тебе задания? – Алистер подхватывает пальцами чашку и отпивает немного чая. – Я всего лишь посредник.

Поднимаю на него суровый взгляд, комкая в руках листок.

— Почему я только сейчас вижу этот список?

— Мы сейчас пытаемся поставить все в жизни на свои места, потому я решил, время пришло. Теперь, когда ты близок с семьей Примроуз как никогда, стоит использовать это в своих интересах и отомстить людям, которые способствовали смерти отца.

Перед глазами всплывает лицо папы, светлое, улыбающееся, несмотря на необратимые процессы в жизни. Вина была возложена на него, многолетние связи разорвались, все закончилось смертью по приказу Тома Примроуза.

Но Том принимал решение не один, хотя так всем было бы легче. Доказательство тому – список в моих руках, хотя за годы большинство я уже отработал.

Осознание этого оседает разочарованием в душе. Знай я раньше, какую роль они сыграли в судьбе нашей семьи, возможно, позволил бы себе больше насладиться их смертью.

И все же мне не нравится то, что затеял Алистер.

— Я говорил тебе, что не стремлюсь к мести.

— Я помню, что ты говорил, брат. – Он дергает плечом. – Но я тебе не верю, так и знай. Хотя готов принять, что в этой точке ты готов остановиться.

Вскоре я ухожу, но не раньше, чем он напоминает мне о необходимости думать о его репутации, отмечает, что защита чести нашей семьи возложена на меня.

Будто раньше было иначе.

Я подумываю сразу отправиться домой, надеясь, что смогу утешиться рядом с Ленни благодаря той живости, которая есть в ней, тому, как она пытается меня искушать. Мне не следует поддаваться, ведь я должен ее ненавидеть всем нутром.

К сожалению, сексуальное желание не хочет считаться с ненавистью. Мой член не намерен считаться с чувствами, когда его так настойчиво домогаются.

Вместо дома на пляже я оказываюсь у особняка Примроузов, видимо, решаю сделать все возможное, чтобы не очутиться в постели с Ленни. Я сижу и смотрю на него и вспоминаю день, когда все изменилось, прокручиваю снова и снова, пока не отмечаю стойкое отвращение к самому себе.

Задача моя была проста – зайти в дом, нанести удар и выйти.

Тогда, в прошлом, семья Примроуз не вполне осознавала, как велика опасность, подстерегающая их повсюду; Том занимался не только недвижимостью, но и многими другими незаконными вещами, так и познакомился с моим отцом.

Попасть в особняк было несложно. Я перелез через каменный забор, перерезал кабель, чтобы вывести из строя охранную систему, и взломал замок черного хода, ведущего в кухню.

Во взломе замков и проникновении я уже накопил богатый опыт. Много практиковался еще с отцом и его приятелями. Однако в глубине души все же чувствовал, что не готов к такому серьезному делу.

Гнев подталкивал к действию и добавлял уверенности. Меня надломило горе от потери самого дорого человека, потому я позволил эмоциям затмить разум.

Не думал, как мой арест повлияет на родных, а на тот момент это был только Алистер, тогда студент, будущий политолог. Я же несколько лет работал моделью, в основном для печатных национальных изданий, благодаря чему получил известность на острове и занятие, которому посвящал все время, если не торговал наркотиками и не отправлялся на тренировку с «морскими котиками».