Книга Клятвы и бездействия, страница 56 – Сав Миллер

Через некоторое время он высаживает меня у дома, а сам, по его словам, уезжает «разбираться со всяким дерьмом». Я приступаю к очередной картине. Через пару часов после моего возвращения в новый дом звонит Палмер, беру полотенце и устраиваюсь на песке, слушая его бесконечные вопросы.

— Но ты ведь будешь завтра на бранче? – спрашивает брат. Слышу на заднем плане голоса его друзей. – Приглашение получил даже я, хотя всем известно, меня редко просят прийти.

Тянусь, чтобы развязать шнур бикини, и подставляю спину теплым лучам солнца.

— Неприятно о таком думать, но это похоже на западню.

— Конечно, так и есть. Но ты же не станешь отрицать, что находишься в предвкушении?

— Предвкушение – это, определенно, одно из подходящих определений.

Поворачиваю голову и вскрикиваю, увидев периферическим зрением фигуру вдали.

Быстро сажусь, прикрываю ладонью грудь и, щурясь, вглядываюсь вдаль.

— Что там? Что случилось, лебедь? Ты в порядке?

Тревожные звуки в трубке режут слух, я присматриваюсь и чувствую, как щемит грудь. На берегу никого, такое ощущение, что я на необитаемом острове, но уверена, что видела кого-то.

Откашливаюсь и стараюсь успокоиться. У моего воображения, как известно, бывают заскоки, возможно, это как раз тот случай.

Впрочем, возможно, сюда случайно забрел кто-то с фермерского рынка, или турист решил прогуляться и помочить ноги.

— Я в порядке, – отвечаю я брату, хотя давление в груди является признаком обратного.

Раньше я часто видела всякие странные вещи. Тени, темные фигуры везде, куда ни повернись. Они ждали момента, чтобы наброситься и повалить, не слушая крики возражений.

Какое-то время мне было трудно даже выйти из спальни. Кошмары мучали меня постоянно, заставляли снова и снова переживать события той ночи. Всякий раз при общении с кем-то испытывать страх, что нечто подобное повторится.

Потому я и уехала в Вермонт – начать все сначала.

Забыть о травмирующих событиях.

Случай с домогательством на вечеринке в доме папы несколько недель назад дал понять, что мне это не удалось. По крайней мере, не полностью.

Я убила друга Престона, даже не дрогнув.

Человек, у которого все хорошо, скорее всего, отреагировал бы адекватно, не так, как я.

Перевожу дыхание и несколько минут с удовольствием слушаю болтовню Палмера о прошлом, его голос благотворно действует на мои нервы. Я все же прерываю его, объясняя тем, что должна принять душ, он недовольно ворчит, но соглашается, хотя заставляет дать слово, что мы напишем, когда будем уходить утром.

Я поднимаюсь вверх по лестнице, чувствуя, как сдавливает грудь. Рыдания созревают внутри меня, бурлят, но отказываются выходить наружу. Зажимаю рот рукой и добираюсь до спальни в конце коридора. Распахиваю дверь и замираю.

На полу у кровати вижу гору пакетов с покупками. Подхожу ближе и узнаю логотип комиссионного магазина.

Открываю один и беру в руки розового лебедя, которого уже видела. От чувств сердце колотится так сильно, что бьется о ребра.

Проверяю следующий пакет и достаю пушистые носки, которые теребила в руках у кассы. Кашемировый свитер, фарфоровый чайный сервиз с лилиями на ободке чашек.

Передо мной все, что я хотела купить, но оставила в магазине.

Горло сжимается, я опускаюсь на пол, скрестив ноги.

Одно теперь совершенно очевидно – Джонас следит за мной.