Книга Падение Брэдли Рида, страница 92 – Морган Элизабет

Мое тело пылает в местах соприкосновения с ним, и по мне пробегает дрожь. Наверное, он решает, что это нервы, что дрожь вызвана тревогой, а не предвкушением.

— Со мной ты в безопасности, Оливия, – говорит он низким голосом, так чтобы услышала только я.

Я киваю, но не говорю ему, что по какой-то причине, находясь с ним, я уже не чувствую ужаса, как в тот день, когда позвонила ему из-за преследований папарацци, или даже в первый раз, когда они нашли меня в кафе.

Я чувствую себя в безопасности, потому что его рука обвилась вокруг меня, потому что я с ним рядом.

И это опасное чувство, учитывая, что я для него всего лишь работа.

Воскресенье, 24 сентября

— Держи, – говорю я, протягивая ей одну из двух кружек в моих руках. – Это должно быть лучшее светлое пиво здесь. – Она берет пинту и читает логотип напитка. – Предполагаю, ты больше любишь светлое?

От нее исходит именно такой вайб.

— О, э‑э‑э, да! Уж точно больше, чем темное.

— Твое здоровье, – говорю я.

— За мою свободу как от папарацци, так и от смущения из-за собственных ужасных поступков. – Наступает пауза, прежде чем улыбка на ее губах становится более искренней. – Я очень ценю это, Андре. Я знаю, что в какой-то степени вынудила тебя на это согласиться, но ты и правда спасаешь мою задницу.

Чувство вины екает у меня в животе, потому что она говорит всерьез. Ей кажется, что это она навязалась мне, что заставила меня влезть в эту ситуацию, но у меня были свои эгоистичные причины, чтобы согласиться.

Это чувство вины превращается в тошноту, когда я представляю себе ее реакцию, если она узнает, кто я на самом деле.

Тем не менее я беру свою кружку пива – какую-то нелепую сувенирную кружку, над которой она не переставала хихикать, пока мы гуляли тут, поэтому я купил две – и делаю глоток.

Она следует моему примеру и делает небольшой, но заметный глоток напитка.

И сморщивается.

— Не оно? – спрашиваю я. Ее лицо меняется быстро, слишком быстро, как будто она пытается что-то скрыть, но я уже поймал ее.

— Что? – даже это одно простое слово прозвучало слишком быстро. Я киваю подбородком на ее кружку.

— Тебе не нравится?

— О, еще как! Это чудесно! Так вкусно. – Ее улыбка настолько фальшива, что это выглядит почти комично.

Если бы я не знал, что она сейчас улыбается лишь для того, чтобы уберечь мои чувства, я бы предположил, будто она вечно боится кого-то оскорбить или доставить неудобства.

— Да ты ненавидишь это пиво.

— Нет! Вовсе нет. Оно великолепно! Пиво на Октоберфесте в горах? Что может быть лучше? – Мне приходится сдерживать полноценный смех, глядя, как она пытается сделать второй глоток, продолжая улыбаться мне, пока в ее глазах бушует паника.

— Оливия, отдай его мне.

— Что? Нет! Почему? – Она обхватывает кружку, словно пытается спрятать ее от меня, как будто я не в два раза больше ее и не могу просто протянуть руку и выхватить ее напиток.

— Я куплю тебе что-нибудь другое. Что ты предпочитаешь? Темное пиво? Сидр? Яблочный сок? – Она усмехается.

— Я не ребенок, Андре. Я умею пить.

— Тогда отдай мне эту гребаную кружку и скажи, что ты хочешь выпить. – Она делает еще один шаг назад, стараясь оставаться вне пределов моей досягаемости.

— Нет! Это пиво – нормальное!

Я вздыхаю и перевожу взгляд на голубое небо, стараясь не позволить разочарованию взять надо мной верх.