Книга Разбейся и сияй, страница 72 – Сара Штанкевиц

Здесь только мы, Кэмерон и я. Кожа прикасается к коже. Молчание вторит молчанию. Опытные руки Кэмерона гладят мои бедра, залезают под рубашку, забираются выше, находят кружевной лифчик.

Закрыв глаза, я притягиваю к себе его лицо и целую с такой жадностью, с какой не целовала никого в жизни. Раздвигаю губы, впускаю в рот его язык, подаюсь навстречу тазом, желаю почувствовать его целиком, голой кожей, без каких-либо преград в виде ткани.

Я шепчу его имя, хотя он не может меня услышать. Но в глубине души я знаю: он меня понимает. Для этого не нужны уши – достаточно сердца. Моя рука покоится на его голой груди, Кэмерон оставляет в покое мои губы, целует шею и отрывается от моих грудей, чтобы снять с меня рубашку. Когда я сажусь на кровати и на мне не остается защитных покровов, я вдруг начинаю нервничать. Я давно не находилась в столь интимном контакте с мужчиной. В спальне горит маленький ночник, погружающий комнату в золотистый сумрак. Кэмерон отбрасывает рубашку в сторону и решает рассмотреть меня. Его взгляд скользит по округлости моих грудей к животу и ненадолго останавливается на трусиках. Снова глядя мне в лицо, он делает такой же жест, как несколько недель назад в кафе, когда сказал, что я рыба, хотя хотел сделать комплимент. Сейчас он выбирает правильное движение руки, и, черт побери, я никогда прежде не считала язык глухонемых таким романтичным, как в этот момент.

Кровь по-прежнему шумит в ушах, как бурная река желания. Я отчаянно хочу близости с ним, я готова взмолиться, чтобы он взял меня побыстрее.

Руки Кэмерона опять поглаживают внешнюю сторону моих бедер, но на этот раз находят путь к лону. Большим пальцем он потирает мою чувствительную точку через ткань трусиков, и я ускоренными темпами иду к финишу. Между нами накопилось столько требующего разрядки напряжения, нас так тянет к большему!..

Поднимаясь все выше, он покрывает мои ноги поцелуями, и я выгибаю спину. Внизу живота пульсирует настолько приятный огонь, что я не в силах сопротивляться. Я отдаюсь его рукам, его глазам, которые он ни на секунду с меня не спускает. Губы Кэмерона скользят по моей разгоряченной коже; свободной рукой он проникает под трусики и погружает пальцы в накопившуюся влагу, размазывает ее. Я больше не могу сдерживать стоны. Кэмерон вставляет в меня два пальца, одновременно слегка массируя большим пальцем мое самое эрогенное место.

Его прикосновения, его движения идеальны. Идеальный темп, идеальный нажим, и весь Кэмерон тоже идеальный. Наверняка все соседи слышат, что он здесь со мной вытворяет, потому что кульминация получается довольно громкой. Мои скрюченные пальцы впиваются в одеяло. Волны оргазма постепенно утихают. Но мне этого мало. Я хочу почувствовать его – во мне, на мне.

Кэмерон смотрит на меня с лукавой улыбкой. Я пользуюсь алфавитом жестов, потому что он уже хорошо его освоил.

— Презерватив? – хрипло спрашиваю я, формируя звуки одними губами. Кэмерон проводит рукой по лицу и качает головой; я осознаю, что тоже не взяла. Но кто, черт возьми, мог предсказать, что вечер начнется с концерта, а закончится в постели?

Мы оба все еще часто дышим. Я закрываю лицо рукой и, глядя на него между пальцами, замечаю, как он делает новый жест. Перерыв? Да, мы понимаем, что сегодня придется остановиться.