Книга Зимнее солнце, страница 53 – Бейза Аксой

Я застыла наблюдая, как он проходит мимо меня; мои губы слегка приоткрылись, я следила за каждым его движением. Когда дверь захлопнулась, я посмотрела на его окровавленный свитер, оставшийся на полу, а затем на свои руки, испачканные засохшей кровью.

Я повернулась и пошла в ванную комнату. Войдя, я закрыла за собой дверь, чтобы остаться в одиночестве. Я повернула кран и стала тщательно мыть руки, запястья и предплечья, пытаясь смыть кровь. Мой свитер промок.

Да, мы должны были прекратить тот поединок. Один из нас, или рефери, или наши тренеры должны были его остановить. Но события приняли другой оборот. В тот день на кладбище я увидела на его лице такое выражение, которое не позволило мне разглядеть в нем ни капли сожаления или чего-то еще, что могло бы смягчить мою злость. Я сказала ему: «Ты убил его». А он ответил: «Я убил его». Было ли это правдой или он сказал так, потому что сам в это верил? Были ли его слова отражением его истинных мыслей или это я спровоцировала его?

Кем был этот человек? Я не имею ни малейшего представления о нем. Возможно, он просто вешает мне лапшу на уши, пытаясь отвязаться от меня.

Я была зла. Могут ли они использовать мою злость в своих корыстных интересах? Мог ли Али Фуат внушить мне все эти мысли, чтобы манипулировать мной и заставить меня делать то, что ему нужно? Это он дал мне запись и посеял во мне сомнения относительно возможной причастности господина Хильми и других к каким-то махинациям. Несмотря на то что господин Хильми и тот парень сменили телефонные номера, я могла бы связаться с адвокатом, узнать их новые номера и поговорить с ними. Но, даже если они в чем-то виновны, они сделают все возможное, чтобы скрыть это от меня. Что я им скажу? Я знаю, что в тот вечер произошло нечто большее. Рассказывайте! Так я ничего не добьюсь.

Одновременно с этим человек, в чьем доме я сейчас находилась, говорил совершенно иначе. Он говорил мне уйти. Он говорил, что это сделал он, что это его вина, что он не допустит повторения. Я мечтала о том, чтобы он оказался за решеткой, но, хотя этого и не случилось, видимо, он стал пленником своих собственных кошмаров.

Безусловно, бокс был опасным спортом, но этот спорт стал для меня символом невосполнимой потери. Я начала заниматься боксом, оттачивать удары и совершенствовать приемы, чтобы хоть частично прикоснуться к миру своего брата, разгадать его непоколебимость и научиться смотреть на жизнь его глазами. Но это было не то же самое. Его путь и мой путь – не одно и то же.

Стоя перед зеркалом и глядя прямо себе в глаза, я спросила себя: чья вина в смерти моего брата – этого человека или спорта, который мой брат так любил? Стал ли спорт, которому он посвятил всю свою жизнь, причиной его смерти или же за этим скрывались другие дела, подтверждающие подозрения Али Фуата Динчера?

Не знаю. С этого момента моя единственная цель – получить ответы на все эти вопросы.

Я умылась и вышла из ванной комнаты, прикрыв за собой дверь. Пройдя через гостиную, вошла на кухню. Огромный волк по-прежнему лежал на столе.

Это я ему сделала больно. Он пытался мне помочь, когда на меня напали волки, а я вонзила в него нож. Неужели он бежал не для того, чтобы атаковать меня? Может быть, он бежал к месту, где на меня напали? Возможно, он бежал на запах, который исходил от меня… Не знаю. Я вообще не понимаю, как мне удалось запустить нож с такого расстояния и попасть прямо в него.