Книга Зимнее солнце, страница 85 – Бейза Аксой

— Держите ребята. Я уже положил туда сахар… Сахар – это вкусно. Тем более холодно, а сахар заряжает энергией.

В этот миг мой взгляд встретился со взглядом Кунта; он приподнял брови, словно говоря мне, что выбора нет. Затем он потянулся к одной из кружек и взял ее. Я не против сладостей, к примеру, я обожаю шоколад, но вот чай и кофе пью без сахара… Почему этот человек решил добавить сахар, даже не спросив нас?

Я тоже взяла кружку и почувствовала, как мои холодные руки начали согреваться.

— Рассказывай, сынок… Как там Караель? Все еще хромает на заднюю лапу?

Пока дедушка Эмин расспрашивал Кунта о Караеле, взгляд Кунта был прикован ко мне, и он продолжал смотреть на меня, когда я делала глоток чая. Сначала я почувствовала обжигающий жар во рту, а затем яркий вкус. Этот чай не похож ни на один, который я пробовала раньше. Что это за сорт? Он очень вкусный. Невероятно вкусный.

Караель хромал на заднюю лапу?

Заметив мой вопросительный взгляд, Кунт объяснил:

— Он подвернул лапу. – Затем он повернулся к дедушке Эмину. – Все в порядке, дедушка, все прошло. Это было еще в прошлом году. Помнишь, мы закрепили дощечку на его лапе?

— Ааа… – Дедушка закивал головой, а потом отпил чай из кружки.

— Что это за чай? – спросила я, слегка приподнимая кружку.

— Понравился? – спросил в ответ Кунт. – Это фирменный чай дедушки Эмина. Он держит в секрете его состав.

— Это не шиповник? Но в нем есть что-то еще, – пробормотала я. Сахар практически не ощущался, и во рту осталось приятное послевкусие. Я с любопытством посмотрела на деда. – Что в нем?

— Это семейная тайна, – сказал дедушка Эмин с непроницаемым выражением лица. – Приходите ко мне в гости и пейте столько, сколько захотите, но рецепт я не дам. Учтите, что я самый несговорчивый и ворчливый старик, которого только можно повстречать в этой деревне, но для друзей моего дорогого Видара мои двери всегда открыты.

Мы с Кунтом встретились взглядами. Друзья? Единственное, что нас связывало, – это вражда. И тот факт, что я оказалась здесь в западне, ничего не меняет.

— Но… – сказала я и посмотрела на пустеющую кружку. – Может быть, в нем мед?

Кунт рассмеялся, на его лице появились ямочки, а глаза прищурились.

— Какой мед? Он собирает множество разных ароматных трав на склонах гор, и кто знает, что еще там может быть… Возможно, даже экскременты медведей.

Сморщившись, я быстро отдернула чашку от губ.

В тот момент, когда я в замешательстве посмотрела на Кунта, дедушка Эмин протянул руку и шлепнул его по шее.

— Веди себя прилично, озорник. Дай девушке спокойно попить чай. Ты только глянь на нее, она аж застыла.

Человек, которого он назвал озорником, представлял собой впечатляющий набор мускулов ростом метр девяносто… Мне захотелось рассмеяться. Боксер, сокрушающий на ринге крепких соперников, только что получил взбучку от семидесятилетнего дедушки.

— Мы пойдем, – произнес Кунт, допивая чай и ставя чашку на поднос, который дедушка Эмин оставил на стуле. – Раз и здесь тоже нет связи… Ничего не поделать.

— А что случилось? Вам что-то нужно, сынок?

В этот момент взгляд Кунта встретился с моим; я не смогла удержаться и вмешалась в разговор:

— Нам надо ехать в Стамбул, но мы застряли здесь, и снегопад не прекращается. Меня за ногу укусил волк, нога в порядке, но я опасаюсь, что у меня может быть бешенство.