Книга Да здравствует жизнь!, страница 86 – Софи Жомен

Дверь квартиры громко хлопает. Элиотт вернулся.

— Я дома!

Я умышленно не отзываюсь. Слышно, как он ставит чемодан в прихожей, бросает ключи на столик в форме полумесяца, открывает стенной шкаф, чтобы убрать куртку и туфли.

— Марни, ты здесь? Я вернулся!

Я молчу, как рыба.

— Марни?

Я задерживаю дыхание – он в спальне.

Он все ближе – и наконец появляется на пороге ванной комнаты.

— Но…

Я зажгла свечи, набрала нашу огромную ванну-джакузи, через динамик включила тихую музыку и совершенно голая сижу, скрестив ноги, на краю ванны.

Элиотт останавливается, потеряв дар речи.

— О-о!

Я улыбаюсь.

— Чего ты ждешь? Присоединяйся!

Придя на следующее утро к Фран кормить кота, я обнаруживаю в спальне ее телефон. Кладу его в сумку и, дождавшись обеденного перерыва (по утрам визиты запрещены), еду в больницу.

Когда я вхожу в палату, Фран как раз закончила обедать. Вид у нее значительно лучше, чем накануне, и, увидев меня, она искренне улыбается.

— Спасибо, что пришла.

Я целую ее и присаживаюсь рядом на кровать.

— Если ты надеялась так легко от меня избавиться, то сильно ошиблась. Как самочувствие?

— Вчера вечером у меня был приступ паники, мне дали транквилизаторы. Я сразу заснула, а сегодня мне уже спокойнее.

Я поднимаю голову и вижу мертвый экран телевизора.

— Ты просила, чтобы тебе поменяли телевизор?

— Нет.

— Наверное, время здесь тянется бесконечно…

— Медсестра дала мне книгу, которую ей самой читать некогда, – говорит Фран, указывая на тумбочку.

Перевожу взгляд на обложку книги с фотографией Леонардо Ди Каприо и морщусь. «Пляж»? Наверное, она валялась у нее в стопке непрочитанных книг лет двадцать.

— Когда-то я видела фильм, и здесь она пришлась мне кстати.

Я роюсь в сумке и достаю телефон.

— Держи, я подумала, что он может тебе понадобиться.

Она смотрит на него, не двигаясь.

— Предпочту обойтись без телефона, потому что… он наверняка попытается мне позвонить, он всегда так делает. Не хочу с ним говорить и не хочу читать его сообщения.

— Думаешь, он попытается с тобой связаться?

— Обычно… бывает так…

— Но он же сказал тебе, что между вами все кончено.

Она судорожно всхлипывает.

— Не хочу рисковать, забери его.

— Ладно.

Я кладу телефон обратно в сумку. И чувствую себя дурой – нужно было предвидеть такой поворот событий!

— Может, тебе нужно предупредить клиентов или… еще кого-то, что тебя пока не будет на работе?

Она кивает.

— Да, но у меня просто нет сил.

— Фран… Ты же знаешь, что можешь на меня рассчитывать. Я все могу сделать сама, просто скажи, что именно.

Она пустым взглядом смотрит на стену перед собой.

— Ты не должна быть со мной такой доброй.

— Не понимаю, почему ты так говоришь. Ты тоже была очень добра ко мне.

— Потому что ты этого стóишь…

— И ты тоже! Каждую минуту, каждую секунду. Еще раз говорю, Фран: что бы тебе ни пытались внушить, что бы ни вдалбливали в голову, все это ложь: ты – замечательная. Ясно?

Она кивает, но скорее для того, чтобы сделать мне приятно. Она все еще в плену у своих демонов и освободится от них еще не скоро.

Фран открывает ящик тумбочки и вынимает лист бумаги и карандаш, которые, наверное, ей здесь выдали. Она с трудом царапает несколько слов и отдает листок мне.

— Их номера в контактах у меня в телефоне, пароль я не устанавливала.