Книга Рождество в Голливуде, или Лучшая роль в моей жизни, страница 15 – Синтия Кафка

Она смотрит на меня с явным интересом.

— Патрика Суэйзи из «Грязных танцев»?

— Его самого!

— Того, что умер? – вмешивается Крис.

Ну и балда же я! Так и надавала бы себе оплеух!

— Именно! Потому я так и изумилась! Запуталась в поводке, упала. Но теперь все хорошо, это просто ссадины!

Крис не сводит с меня глаз. На мое счастье, звонит его телефон. Да будут благословенны новые технологии!

— Я должен ответить, – говорит он. – Я… сейчас.

Тельма отпускает его, взмахнув рукой. Я следую ее примеру.

Он бросает на меня последний взгляд (совсем как в моем сне, и у меня возникает покалывание в кончиках пальцев!), раскрывает телефон и выходит в сад.

Как только дверь за Крисом захлопывается, Тельма достает из-за подушки бархатный мешочек.

— Ну что, красавица, поинтересуемся будущим? Устраивайся поудобнее.

Я подчиняюсь, не зная, как отказать.

— Возьми карту, вот так, еще одну.

Обряд длится несколько минут. Я вытаскиваю пять карт, и она внимательно их изучает. Присвистывает, ее лицо становится смущенным, она берет новую карту, переворачивает, качает головой, хмурит брови. И почему-то молчит. Не знаю, есть ли у нее дар, не скажу, что верю во все эти фокусы, но, если это шутка, она чертовски хорошо ломает комедию.

— Вот что я тебе скажу, девочка: ты не зря летела через океан! – наконец выдает она.

— То есть?

— Это путешествие изменит твою жизнь, красавица. Будь храброй, игра стоит свеч. Не исключено даже, что ты встретишь любовь. Верь в себя.

Она переворачивает еще одну карту, щурится, вздрагивает, заходится кашлем и опускает глаза.

— Что вы видите?

— Что мне пора в постель, цифры пляшут перед глазами… – отвечает она, собирая колоду.

— Конечно, понимаю… – шепчу я, сбитая с толку резкой переменой настроения Тельмы.

— На всякий случай – мы с Кэсси ночуем в первой пристройке, той, что в саду, Крис – во второй. Если понадобимся, зови.

— Спасибо, я уже взрослая! И потом, ваши карты сказали, что все будет хорошо!

— Дело твое, Элли. Я очень рада знакомству. Мы уедем завтра рано утром, но я прощаюсь ненадолго.

Меня бы это удивило… Я улыбаюсь и не сопротивляюсь объятию.

На Голливуд опустилась ночь, а я хожу по гостиной, как лев в клетке. Вероника по-прежнему не подает признаков жизни, все мои звонки Приотто попадают на автоответчик. Слава богу, что орда папарацци не ворвалась на территорию виллы, иначе мое лицо уже красовалось бы на стендах всех торговцев газетами… Возможно, рядом с Крисом Орсини! Его поведение меня бесит, но взгляд не оставил равнодушной. Хорошо, что завтра утром он уедет, а то я вечно влюбляюсь в недоступных плохих парней, а мне сейчас не до них.

Я щелкаю пультом, перескакивая с канала на канал, но не нахожу, чем себя отвлечь. Это плохо, я пережила стресс, а заснуть не смогу из-за разницы во времени. Хочу, чтобы солнце встало и начался новый, не такой безумный день. Внезапно в голову приходит идея: когда я летела в Штаты, так крепко вцепилась в руку пассажира в соседнем кресле, что он, опасаясь членовредительства, предложил мне таблетку снотворного. Я из вежливости притворилась, что приняла ее, а на самом деле бросила в сумку. Возможно, сегодня вечером она поможет мне развязать несколько узлов. Почему бы не попробовать – мое завтрашнее расписание такое же пустое, как банковский счет. Запиваю таблетку водой, жду десять минут. Ничего не происходит. Решаю пойти поплавать в бассейне на крыше: несколько дорожек обеспечат мне прекрасную ночь сна.