Книга Рождество в Голливуде, или Лучшая роль в моей жизни, страница 17 – Синтия Кафка

Мой брат Жеральд должен проверить двигатель. Матрас трясется, как будто кровать привязали к прицепу трактора. Я пытаюсь нащупать подушку, чтобы прижать ее к лицу, прежде чем открыть глаза.

«Ну же, Элли, не выставляй себя на посмешище!»

Я не в своей комнате в Пти-Буа, а в автомобильном доме, на калифорнийской дороге. Как я могла заснуть? Кто за рулем – подонок, который залез вчера в дом?

Думбо смотрит на меня, нервно крутит хвостом. Его мочевой пузырь наверняка готов лопнуть – как и мой. Я ерзаю на матрасе, пытаясь удержать пса, но он выворачивается, как угорь в оливковом масле, шмякается на пол и ныряет за шторку. Я перестаю дышать. И тут чей-то голос нарушает тишину. Я сразу его узнаю и чувствую громадное облегчение.

— А Думбо откуда здесь взялся, Крис?

— Что ты сказала, Кэсси?

— Думбо только что перевернул мой стакан с молоком.

— Что? И правда, откуда?

— Он прыгнул на меня, и стакан упал.

— Ничего страшного, сейчас все вытру!

Я бы посмеялась, не будь все так катастрофично. Крис сейчас упадет в обморок. Машину слегка заносит, и она останавливается, взвизгнув шинами. Хлопает дверца, через несколько секунд другая со скрипом открывается.

— Быть не может! Как он сюда забрался?! – возмущается Крис.

Мой выход, и мне страшно.

Я делаю несколько осторожных шагов и появляюсь в поле их зрения с поднятыми вверх руками в знак мирных намерений. Мотор, камера!

— Гм-гм… Он проник сюда по моей вине и… Я тоже тут, как видите! Здравствуйте, все!

Я не выглядела бы смешнее, даже бросив в воздух конфетти с криками «Счастливой Пасхи!» Крис подскакивает от неожиданности и ударяется головой об угол шкафа.

— Проклятье! Ты-то что здесь забыла? – орет он вне себя от злости. Глаза у него потемнели, и он так крепко сцепил зубы, что они аж заскрипели. Я заталкиваю назад напускную веселость и собираюсь «открыть кингстоны». Мэрилин Монро говорила, что женщины владеют двумя грозными оружиями: косметикой и слезами. Судя по лицу Криса, на него это вряд ли подействует, так что лучше будет прибегнуть к совету бабули, которая без конца повторяла: «Плачь, реже будешь писать, мой маленький крантик!» Может, сейчас я сумею не описаться в купальнике, если дам волю слезам.

— У меня возникла проблема.

Между двумя всхлипами я произношу несколько ключевых слов: мотоциклист, вторжение, револьвер, снотворное…

Пусть Крис сложит все воедино, я дала ему все элементы. Он смотрит на Кассандру, расчесывает пальцами волосы и командует:

— Не при Кэсси… Пошли.

— Погоди… Можно я сначала зайду в туалет?

Он громко вздыхает, указывает мне на дверь и выскакивает из автодома. Улыбка Кассандры выражает сочувствие человека, не понаслышке знающего, что такое выговор от старшего брата. Выдаю благодарную улыбку и бегу в сортир. Посмотревшись в зеркало, вижу лицо героини самого кошмарного фильма ужасов. Да уж, Мэрилин, мой макияж вряд ли смягчит сердце бывшего актера. Мои волосы втрое увеличились в объеме. Я не вынула накануне контактные линзы, и теперь красными глазами напоминаю зомби. Длинные потеки туши разукрасили щеки. Я пытаюсь привести себя в порядок, но получается плохо.

Снаружи меня ждет Тельма, и вид у нее радостный.

— Ну вот, я же обещала тебе великие приключения – и не ошиблась!