Книга На твоей орбите, страница 50 – Эшли Шумахер

— Привет, милая, – кричит она, услышав хлопок закрывающейся двери. – Я на кухне.

Я кладу рюкзак на коробку в коридоре. Она все еще обмотана скотчем.

— Я так и поняла, – говорю я. – Почуяла с улицы.

— Лазанья, – объявляет мама с акцентом, отдаленно напоминающим итальянский. – Пораньше закрыла задачу и решила приготовить тебе обед.

Внутри все застывает.

Мама редко завершает работу с клиентом раньше срока, но каждый раз после этого начинается бедлам. Обычно это означает, что в течение недели мы уедем. Что у нее уже есть следующий клиент и нам нужно распихать свои пожитки по коробкам и найти самого дешевого перевозчика, чтобы мама могла отправить чек своей компании, а затем, а затем…

А затем мы оставляем наше старое место позади, будто никогда тут и не были.

Это всегда хаос, и я всегда его не люблю. Часто переезжать и так тяжело, но на сей раз меня словно наказывает Вселенная.

С Сэмом я не разговаривала с тех пор, как он в понедельник чуть не раскрыл нас – кем бы мы друг другу ни были – перед Эбигейл в столовой, когда так пялился на меня, что стал привлекать внимание. А он все это время был занят тренировками. Каждый день после школы по пути к автобусу я видела его с командой на поле.

Но мы переписывались. Вчера вечером он скинул мне фотографию южной фланелевой моли с подписью: «Профессор Лис утверждает, что их можно найти в это время года. Нужно идти вечером, потому что они ведут ночной образ жизни. Попросишь разрешения у мамы на эти выходные?»

Профессор Лис распечатал целую листовку, чтобы встреча клуба выглядела как официальный поход, который спонсируется школой, но мама едва на нее взглянула и сразу дала добро. Теперь я понимаю, что она заканчивала последние задачи и думала только о работе.

Я старалась не воодушевляться предстоящей встречей клуба, но у меня не получалось. Я только о ней и думала.

А теперь, возможно, и не пойду. Потому что мама в кои-то веки закончила работу раньше срока.

— Ты закончила с этой компанией? – спрашиваю я. Голос хрипит. – Уже?

Мама замирает над миской для салата, которая была у нас в семье, наверное, с момента моего рождения.

Она пытается понять мой тон. И я пытаюсь тоже. Мы обе не знаем, что делать с абсолютной паникой, прозвучавшей в моих словах.

— Нет, милая. Просто доделала одну из презентаций раньше срока. Мы здесь еще на несколько недель. Дом арендован до конца октября, так что, даже если я и закончу раньше, мы пробудем здесь до следующего проекта. В «Волш Вебб Груп» я начинаю работать первого ноября, а в офисе я им нужна буду только в декабре, так что…

Кажется, я выдыхаю громче, чем мне хотелось, потому что мама замолкает и поднимает бровь. Затем откладывает салатные щипцы и вытирает руки о полотенце.

— Все в порядке?

Я стараюсь говорить обычным, ничего не выражающим голосом. Стараюсь вспомнить, что переезда нужно ожидать, а не бояться.

К концу нашего пребывания в Сиэтле я с нетерпением ждала отъезда. Очевидно, мне хотелось оказаться как можно дальше от того-кого-нельзя-обсуждать-и-вспоминать, а еще мне всегда интересно увидеть новый город. Обычно.

Проще плыть по течению, чем тратить время, раздумывая о том, что все могло быть по-другому. Я перестала переживать об оставленных друзьях, и увлечениях, и кружках еще классе в пятом и стала видеть в переездах приключение, шанс воссоздать себя или усовершенствовать свою персону в новой обстановке.