Книга Шаги между нами, страница 27 – Ана Майя

Она выдала Попкорну несколько свидетельств: в одном значились мое настоящее имя и точная дата рождения, а в других, с измененными номерами, – имена прочих девочек, рожденных в тот же день в разных уголках страны. Формально в моем подлинном свидетельстве не было никаких искажений. Остальные девочки сделались моими двойниками, чьи имена я время от времени использовала. По мере того как я взрослела, количество поддельных паспортов, водительских прав и удостоверений личности росло. Для нас это была мера защиты. Хотя я не занималась ничем противозаконным, мне нужно было путешествовать без задержек и лишних вопросов.

Увы, всякий раз, когда за дело брались всерьез, найти доказательства махинаций с личными данными оказывалось невозможно – иногда из-за бюрократической волокиты и потерянных архивов, но чаще – из-за того, что внимание следователей вовремя уводили в сторону. Как? С помощью коробки конфет с вложенными купюрами.

Пришло время поговорить серьезно.

— Давай прекратим притворяться? – искренне попросила я. – Откуда ты узнал, что у меня сегодня день рождения?

Он закончил собирать игрушки и сел на скамейку напротив меня.

— Это была просто догадка. Когда мы с твоим отцом встретились в кабинете, экономка принесла лимонад и сказала, что готовит многоярусный торт для сеньориты и что надо успеть за два дня. Я решил, что этой сеньоритой можешь быть ты.

Сеньоритой действительно была я. А Пальмира была la chismosa – сплетницей. Она называла меня сеньоритой с самого детства, что не раз пригождалось, когда в доме оказывались чужаки, но эту привычку я все равно терпеть не могла.

Неудобную тему я решила дальше не развивать. Хотела кое-что ему показать и предложила пройтись сквозь заросли деревьев. Он сразу встал, будто только и ждал приглашения. Я ополоснула красный грузовик водой из насоса и положила обратно на скамейку – пусть сохнет. Потом подошла к Себастьяну. Осторожно прижала мокрые ладони к его груди и провела вниз, к животу, оставив на футболке темные следы.

— Спасибо, что разрешил вытереть руки, – сказала я с озорной улыбкой.

Он усмехнулся в ответ:

— Всегда пожалуйста.

Балисто, который слизывал капли воды с насоса, не сводил с нас глаз, не вполне понимая, что происходит.

Мы шли между деревьями, пока не оказались на другой стороне острова, на берегу реки. На фоне пейзажа эффектно выделялся мощный моторный катер цвета сапфира, пришвартованный к деревянному причалу. Он назывался «La Dottoressa», «Докторица», был изготовлен в Италии и ранее принадлежал одному господину из Бари, страстно любившему скорость. Тот подарил катер Максу, который держал его на острове Роко, пока не решил тайком перегнать сюда.

Такие катера, длинные и обтекаемые, созданы для гонок. Ничто не заставляет адреналин бурлить сильнее, чем моторка, летящая по серебристой глади. Итальянцы, особенно мафиози, их обожают. Возят на них контрабанду через Адриатическое море. На рассвете нередко можно увидеть, как эти скоростные лодки носятся вдоль побережья, к итальянским портам и обратно. Зрелище напоминало бесконечные захватывающие гонки без публики и зевак: мафия против береговой охраны. Обычно мафия побеждала. Непогода и высокие волны часто играли на руку контрабандистам. Погоня могла длиться часами. Когда полиция закупала более быстрые катера, мафия за неделю обновляла свой флот. Цена не имела значения, прибыль тех лет позволяла тратить сколько угодно.