Книга Девушка из другой эпохи, страница 129 – Фелиция Кингсли

— Понимаю, – соглашаюсь я, переваривая информацию. – А само колье, вы сказали, стоило больших денег? Я интересуюсь, потому что, возможно, было невыгодно его разбирать.

— Сам камень и огранка из бриллиантов – уже большая сумма. Они одни стоят четыре тысячи фунтов. Но он принес столько разных украшений, что мы заплатили гораздо больше. Кстати, леди Ребекка, позвольте показать вам гарнитур из розового карибского жемчуга, мы купили его как раз у Дювиля и сделали для него оправу с цветочными мотивами. Он идеально бы подошел для вашего бала. Если вы наденете наш жемчуг по такому исключительному случаю, это привлечет всеобщее внимание к нашему салону.

Жемчуг Эмили.

— Тетя Кальпурния, – зову я тетю, которая как раз примеряет разные кольца. – Я нашла подходящие украшения!

Когда мы возвращаемся в дом, я весь ужин сгораю от нетерпения, мечтая, чтобы все наконец легли спать пораньше, потому что завтра нас ждет состязание по гребле в Сент-Джеймсе, королевский парад.

Когда тушат свет и за всеми закрываются двери, я уже привычно выбираюсь из окна и появляюсь в кабинете Рида, из которого направляюсь сразу в спальню.

Там его нет, но двери в ванную комнату открыты, и в ней горит свет: Рид лежит в ванне в пышной пене.

— Я зря подозревала Аузонию, – сообщаю я с порога.

— А я, – говорит он, указывая на листы бумаги на столике у ванны, – разгадал шифр Эмили.

— Ты разгадал шифр? – радостно спрашиваю я. Ну правда, если бы он, шпион, не справился, то кто бы смог? – И что там? Что написано?

Рид качает головой:

— В будущем хорошие манеры уже не нужны? Никакого приветствия, поцелуя, ни «как себя чувствуешь»…

Я подхожу к нему, сажусь на край ванны:

— Как ты себя чувствуешь?

— Подлиза, – вздыхает он, не отвечая. – И кроме того, ты слишком одета. Прошлой ночью, помню, на тебе не было ничего.

— Ты, случайно, не хочешь сказать, что, прежде чем узнать, как ты расшифровал письма Эмили, я должна раздеться?

— Я хочу сказать, что ты могла бы составить мне компанию. – Рид ловит ленточку моей ночной рубашки и тянет за нее, развязывая бантик.

— Сделаем так: сначала ты расскажешь, как подобрал шифр, а потом я могу снять что-то из одежды на твой выбор.

— Но на тебе только ночная рубашка, – с лукавой улыбкой замечает он.

— Тебе повезло.

— Но ты сильно облегчила мне задачу, тебе не кажется?

Рид берет одно из писем Эмили и протягивает мне. Судя по дате, это первое, на котором появилась рамочка из иероглифов, то, которое она просила сохранить.

— Это ключ к шифру, который она прямо просит тебя сохранить. Край листа украшен этими иероглифическими символами, всего их двадцать шесть, и они соответствуют буквам – но не в алфавитном порядке.

— И как ты понял, какой символ какой букве соответствует? – спрашиваю я. – Кажется, это тут никак не объясняется.

— Эмили и не объясняет, – соглашается Рид. – Но показывает. Посмотри, как текст начинается с новой строки, даже когда нет необходимости, даже когда на предыдущей оставалось достаточно места.

— Она разбивает фразу и начинает с новой строки, да. – Я присматриваюсь повнимательнее к тому, что указал Рид: я думала, что это просто такой стиль, что Эмили привыкла так писать. Мне никогда не нужно было писать письма от руки – когда-то давно приходилось, в школе, но обычно я пишу только электронные сообщения, а там новая строка проставляется автоматически. – А все слова, с которых начинается каждая строка, каждый раз начинаются с разных букв! – замечаю я.