Книга Девушка из другой эпохи, страница 82 – Фелиция Кингсли

В глубине души мне очень хочется, чтобы так оно и было, чтобы так все и случилось и Эмили сейчас была далеко отсюда и счастлива с Бенджамином.

Кладу прощальное письмо на письменный стол рядом с запиской, которую принесла я, глядя на теперь уже единственные воспоминания Эдгара Фрэзера о дочери.

Но когда два листка оказываются рядом, я вижу почерки, и что-то не сходится.

Записка написана округлым почерком, с легким наклоном вправо, и все буквы «о» и «а» выписаны четко. В письме же почерк с наклоном, да, но буквы более угловатые и «о» другое.

Передаю оба листка Ридлану:

— Присмотритесь к почерку.

— Что такое? – спрашивает майор.

— Эти два письма написали разные люди, – лаконично отвечает Ридлан, протягивая ему листки. – Тот, кто написал письмо, старался подражать почерку Эмили, да, но некоторые детали его выдают.

— Что?! – потрясенно вскрикивает майор Фрэзер.

— Вам нужно снова открыть расследование, – говорю я ему.

— Леони никогда мне этого не позволит. Вновь привлечь внимание к скандалу, и притом что пострадает от этого Джемайма – в этом она права… Но если этим займетесь вы, никто не узнает.

— Но мы – не власти, – возражаю я. – Мы частные лица, у нас ограниченные средства, а ведь с этими доказательствами вы могли бы пойти в магистрат…

— Я обо всем позабочусь, – вдруг говорит Ридлан.

Я оторопело смотрю на него:

— Но даже вы не можете…

— Я могу гораздо больше, чем вы думаете, леди Ребекка, – перебивает меня он. – Начиная с визита к Бенджамину Харлоу. В воскресенье вечером я пойду в Ньюгейт, в этот день посещений больше, за расписанием не так следят, так что никто не обратит внимания.

— Мы не можем просто взять и войти в тюрьму, – возражаю я.

Ридлан поворачивается ко мне, и взгляд его серьезен:

— Я могу.

Прежде чем отправиться на встречу своего благотворительного клуба, тетя дает мне множество наставлений для поездки в экипаже с Резерфордом.

Не то чтобы я была экспертом в свиданиях, но по чему и не буду скучать, вернувшись в будущее, так это по постоянному контролю, стоит только рядом оказаться какому-нибудь мужчине.

Хотя сегодня я рада, что в качестве спутницы со мной и Резерфордом едет Люси.

Чем больше я провожу с ним времени, тем сильнее удивляюсь, что их с Ридланом объединяет хотя бы капля общей крови.

Ридлан из тех, кто не станет использовать пять слов, если достаточно трех, – или не станет их использовать вовсе, если достаточно взгляда. От его внимания ничего не ускользает, но он редко озвучивает свое мнение. У Чарльза же есть мнение обо всем и обо всех, и он просто не может сдержаться и не поделиться им.

Эта женщина вульгарна, другая ведет себя неприлично, еще одна груба, а тот тип ведет себя не по-джентльменски. И хотя я тоже вижу немало недостатков в представителях высшего общества, от Резерфорда никому не спастись.

Ко всему прочему меня растрясло в карете сильнее обычного. Тряска в сочетании с неамортизированными колесами, которые передают удар от малейшего камешка, вызывают тошноту, которую скоро сложно будет сдержать. Не стоило есть перед поездкой, но от сэндвичей миссис Брай голову теряешь, и я никогда не могу вовремя остановиться.

Так или иначе, говорит в основном Резерфорд, частично облегчая мою задачу.

Первая часть прогулки посвящена его бесконечному хвастовству: от чистокровных лошадей в конюшне до доверенного портного на Сэвил-Роу, от размера владений до его деловой хватки.