Книга Брак по расчету, страница 123 – Фелиция Кингсли

Когда мы возвращаемся в Денби-холл, все уже спят. Мы направляемся к своим комнатам, но сначала Джемма снимает туфли на каблуках, чтобы не шуметь. В этом особняке сто пятьдесят комнат, а она еще не поняла, что, как бы громко ни стучали каблуки, все равно никто не проснется. В каком-то сокровенном уголке сознания звучит слово «очаровательная», но я пытаюсь его игнорировать.

— Что ж, Джемма, – говорю я, как только мы подходим к своим дверям, – и снова твоя идея для тематического благотворительного вечера принесла успех. Должен признать, что, хоть ты и выходишь за привычные рамки, у тебя отлично получается.

— Спасибо, – отвечает она, глядя в пол. – Спокойной ночи.

Я уже переодеваюсь, когда слышу тихий стук в смежную дверь. Иду открывать и, повернув ключ, вижу там Джемму, все еще в вечернем платье.

— Я только хотела сказать, что мне жаль, что я включила тебя в аукцион джентльменов без твоего ведома. Надо было спросить. Спасибо, что согласился участвовать.

— Это же ради благотворительности. После первого шока я вполне справился.

— И… я хотела сказать, что рада, что победила Порцию на аукционе.

— Это я знаю.

Джемма медлит, а потом тихонько добавляет:

— Сто тысяч фунтов стерлингов потрачены не зря.

Я, приостановившись, с любопытством смотрю на нее, не очень понимая, о чем она говорит.

— Что ж, спокойной ночи, Эшфорд.

— Спокойной ночи.

Она уходит и закрывает за собой дверь. Вскоре я слышу такой же звук с ее стороны.

Жду пару секунд – но ничего. Целая минута – и все равно тишина.

В скважине не поворачивается ключ. Наверное, она забыла.

А что, если не забыла?

Что, если она не закрыла дверь на ключ специально?

Знает ли она, что я это заметил?

Чтобы избавиться от мыслей, которые донимали меня всю неделю с вечера аукциона джентльменов, я решаю поплавать в бассейне, надеясь, что это примирит меня с самим собой.

Открываю тяжелые дубовые двери, украшенные резьбой, и обнаруживаю, что мое последнее убежище, единственный уголок тишины и спокойствия, который остался в Денби, тоже уже осквернен.

Джемма, развалившись в надувном кресле, покачивается на воде, опустив одну ногу вниз, с бокалом шампанского в руке и непонятно зачем надетыми солнечными очками.

Мы же в помещении. Ладно, стеклянный купол над бассейном создает эффект «неба в комнате», и света действительно много, но, уверяю вас, солнечные очки – это уже перебор.

Бассейн велел построить мой прапрадедушка в начале двадцатого века, и в отличие от многих домов, где современные бассейны выглядят безвкусно и демонстративно, нашему старичку возраст придает определенное очарование.

— Вижу, ты устроилась со всеми удобствами, – замечаю я.

— Наверстываю упущенное время.

— А ты довольно быстро привыкаешь к роскоши.

Джемма опускает солнечные очки на нос и смотрит на меня:

— Это на мои деньги существует вся эта лачуга, разве нет?

— Мы разве не договорились, что ни к чему постоянно упоминать наше соглашение?

— На мой взгляд, мы в расчете, – отвечает она.

— Мы никогда не будем в расчете.

— Нет? – Джемма, опустив ноги в воду, с силой брызгает в моем направлении, намочив мне штаны до колен.

— Как по-взрослому, поздравляю. Ты довольна?

Она удовлетворенно кивает. Я уже разворачиваюсь к выходу, как замечаю у бортика бассейна ведерко с шампанским. Поднимаю его, поворачиваю бутылку: