Книга Лаванда и старинные кружева, страница 28 – Миртл Рид

— Не стоит больше здесь сидеть, – проговорил Уинфилд. – Иначе мы поссоримся. На днях вы меня тут чуть не убили.

— Вовсе нет! – возмущенно воскликнула Рут.

— Ваша тряпка, вероятно, совсем высохла, – пробормотал он себе под нос. – Возможно, получится намочить ее, когда мы спустимся к темному морю, и тогда воцарится относительное спокойствие.

Рут неохотно рассмеялась.

Тропинка огибала склон холма и вела вниз, к лежащей под крутым откосом узкой полоске пляжа.

— Хотите утопить меня? – уточнила она. – Весьма похоже, поскольку во время прилива этот выступ скрывается под водой.

— Ошибаетесь, мисс Торн. Я никогда никого не топил.

Она даже не услышала его ответ. Стоя на пляже возле отвесно спускающегося склона, Рут смотрела на воду, мерцающая бирюза которой медленно сменялась серостью. Над головой кружила одинокая морская чайка.

Когда она пропустила мимо ушей уже несколько его замечаний, Уинфилд с напускной тревогой заявил:

— Миледи Презрение, может, лучше пойдем? Не знаю, во сколько начинается прилив, но никогда не смогу смотреть в глаза вашей тете, если утоплю ее единственную родственницу.

— Отлично, – небрежно отозвалась она. – Поднимемся с другой стороны.

Они пересекли пляж и вышли к другому склону холма, однако не нашли тропинки, ведущей обратно к цивилизации, хотя подняться по этой стороне удалось бы без труда.

— Здесь и раньше бывали люди, – проговорил Уинфилд. – На камне вырезаны какие-то инициалы. Посмотрите? Я не могу разглядеть.

Рут наклонилась, изучая указанный гранитный валун.

— «Д. Х.», – прочитала она. – И «Д. Б.».

— Наверняка это не все, – возразил он. – Еще должно быть сердце с пронзающей его стрелой.

— Нарисуйте его сами, – холодно ответила Рут. – Вряд ли кто-то будет возражать.

И не услышала, что он ответил, с внезапной ясностью поняв, что «Д. Х.» означает «Джейн Хэтэуэй».

Они еще немного постояли в сумерках, наблюдая, как меняются краски неба на горизонте, потом сверху, с нависшего над ними холма, на воду упал слабый отблеск света. Отойдя подальше, Рут поняла, что это Хепси поставила лампу на чердачное окно.

— Пора идти, – заявила она. – Придется возвращаться тем же путем, которым мы пришли.

Перебравшись на другую сторону холма, они зашагали обратно через лес. Вокруг смеркалось, и путники двигались довольно быстро, пока не добрались до того самого перегородившего тропинку ствола.

— Значит, ваша подруга не безумная, – неуверенно произнес Уинфилд, пытаясь помочь ей перешагнуть через бревно.

— Как посмотреть, – ответила Рут, отстраняясь. – Я пока не знаю, чего от вас ждать.

— Мы ведь не намочили тряпку, верно? Однако я с радостью пропущу мимо ушей ваш намек, если позволите мне стать вашим другом.

— Как мило с вашей стороны, – с холодной вежливостью отозвалась она.

Когда тропинка стала шире, Уинфилд пошел рядом с Рут.

— Вы заметили, мисс Торн, что всякий раз, как мы приближаемся к этому вроде бы безобидному барьеру, у нас возникают проблемы? Наверное, лучше держаться от него подальше.

— Возможно.

— Какие инициалы были на валуне? «Д. Х.» и…

— «Д. Б.»

— Так я и думал. Судя по всему, у этого «Д. Б.» имелась масса свободного времени, поскольку его инициалы так же вырезаны с внутренней стороны столба у калитки «вдовушки» Пендлтон и на яблоне, растущей на заднем дворе.