Книга Скверная, страница 64 – Эмили Макинтайр

Мои мысли мечутся, словно рой взбесившихся ос. Сожаление о том, что я ее не остановил. Тревога, потому что я уже наполовину убедил себя, что все в порядке. Что яправильно поступил, не став ничего предпринимать.

Если бы я вмешался и спас этих двоих, то раскрыл бы себя. К тому же, если быть до конца честным, спасение двух преступников не входит в список моих приоритетов. Какая-то мстительная часть меня верит, что они получили по заслугам.

Хуже всего то, что я, несмотря на произошедшее, не злюсь на Эвелину. Все, чего я действительно хочу, это убедиться, что с ней все в порядке. Чушь собачья, потому что именноона все это устроила!

Я не хочу признаваться самому себе, что это обо мне говорит, поскольку, хотя в моей работе важно не показывать эмоций, я все еще федеральный агент. Предполагается, что мнене все равно. Но когда речь заходит о дегенератах, которые добавляют в товар яд, что вызывает у потребителей смерть, мне становится трудно оставаться беспристрастным.

Эвелина выскакивает из машины, как только мы въезжаем на круговой разворот, мигом поднимается по ступенькам и влетает внутрь. Я остаюсь сидеть, крепко сжимая пальцами руль, пытаясь мысленно уговорить себя сделать то, что я должен и хочу сделать.

Что я действительнодолжен сделать, так это пойти к Сету и все рассказать. Кэп должен узнать о произошедшем, чтобы мы могли собрать больше улик для этого дела. В Кинленд-Хайтс осталось лежать два трупа, и у Эвелины руки в крови. Кроме того, там есть куча товара, которая может приблизить нас к разгадке того, кого, черт возьми, мы на самом деле пытаемся поймать.

Вместо этого я неподвижно сижу в своей машине, слушая рокот вибрирующего двигателя, и тепло, вырывающееся из вентиляционных отверстий, греет мою кожу. Я понятия не имею, почему торчу здесь и чего жду… кто знает? В любом случае, минуты продолжают бежать, а я все медлю. Наконец, спустя, как мне кажется, несколько часов, я решаю уехать.

Я должен сделать то, что должен.

Ничего другого мне не остается.

Я выкатываюсь с парковки, но прежде чем успеваю нажать на газ, мое внимание привлекает какая-то тень, крадущаяся вдоль особняка. Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, что это.

Оказывается, что это невысокий человек с растрепанным пучком волос, в черной толстовке, скрадывающей очертания фигуры.

Эвелина.

Я заглушаю двигатель, распахиваю дверцу, даже не успев ничего обдумать, и быстро бегу трусцой, чтобы не потерять ее из виду, когда она скрывается в лесу, растущем позади дома.

Внезапно-холодный воздух обжигает мое лицо, когда я спешу за ней следом, полная луна заставляет лес полниться жутковатыми отблесками. Я дрожу в своей кожаной куртке, которая едва греет.

Я держусь достаточно далеко позади, чтобы она меня не заметила, гадая, куда она, черт возьми, направляется, потому что кажется, что путь ее лежит в каком-то неизвестном направлении. Возможно, сегодняшняя ночь напугала ее больше, чем она показывала. Не знаю, сколько прошло минут, пока я следовал за ней вглубь лесной чащобы, но этого было достаточно, чтобы у меня заболели ноги и пересохло во рту. Внезапно земля уходит у меня из-под ног, и я спотыкаюсь, увидев, что трава и ветки сменились выцветшими желтыми кирпичами.

Воздух шумно выходит у меня из легких, когда я смотрю себе под ноги.