Книга Расследование леди Ловетт, страница 15 – Вайолет Марш

Извечная ухмылка Александра возвратилась вместе с загадочным изгибом губ.

— Едва мы окажемся в «Черной овце», как я поведаю тебе больше. – Александр выждал чуть и вскинул бровями. – В тайной комнате, разумеется.

Мэттью даже не потрудился сдержать разочарованный стон. Он, привыкший к переменчивому настроению Александра, хорошо знал, что за шутками и гримасами друг тщательно прячет свои переживания и боль, но Мэттью отнюдь не хотелось выслушивать о свершившихся изменениях в его любимом заведении. Он просто мечтал зайти в знакомую кофейню и потягивать горький кофе, пока они с Александром будут разрабатывать план раскрытия истинной сущности Хоули.

— Тебе придутся по душе перемены. Обещаю. – Александр вновь пустился в путь, весело стуча тростью по булыжникам.

Вдруг Мэттью сообразил, что они остановились всего в нескольких футах от «Черной овцы». Бросившись за приятелем, Мэттью догнал Александра именно в тот момент, когда он распахнул тяжелую входную дверь. Мэттью молча вошел внутрь вслед за Александром и окинул взглядом знакомое пространство. В это время дня здесь было не так многолюдно, как раньше, и определенно не так шумно. Несмотря на завсегдатаев, по-прежнему сгрудившихся вокруг столов и увлеченно переговаривающихся между собой, прежняя атмосфера исчезла. Заведение не выглядело опустевшим… скорее, немного потускневшим. Мэттью так и не разобрался, действительно ли на его восприятие повлияла сменившаяся атмосфера или все вокруг погрузилось в беспросветность после новости о предстоящей помолвке Хоули с леди Шарлоттой.

Подошедшая мисс Ханна Уик подмигнула им.

— Ваше присутствие здесь услаждает взор, доктор Тальбот! Надеюсь, путешествие прошло благополучно. Лорд Хитфорд уже успел предупредить вас насчет внесенных изменений в рецептуру нашего кофе?

— Кофе тоже изменился? – настороженно спросил Мэттью. Господь всемогущий, неужели они сделали это пойло еще хуже? Надо отдать должное, в «Черной овце» предлагали напиток получше, чем в большинстве других подобных мест, но он все равно не отличался притягательностью. Однако бодрящий эффект, производимый им на организм, с лихвой компенсировал горький вкус.

— Я не обо всем рассказал. Решил дать ему распробовать самому, – вклинился в разговор Александр.

— Вы не раскроете никому наш рецепт, доктор Тальбот?

Зеленные глаза Ханны впились в Мэттью, и он уловил в сказанном вопросе скрытый смысл. Не имея ни малейшего представления о чем, собственно, идет речь, молодой человек кивнул. Может, он и не слишком любил секреты, но, черт возьми, умел держать язык за зубами, иначе не пережил бы последние несколько лет.

— Ему и в голову не пришло бы разглашать о ваших самых необычных ингредиентах, – пообещал Ханне Александр.

— Тогда следуйте за мной. – Ханна бодро направилась к задней части кофейни, чепец слегка подпрыгивал в такт ее шагам. Отворив дверь, она повела их в узкий проход, который обычно был закрыт для посетителей. Едва за ними захлопнулась дверь, как девушка надавила на неприметный кусок обшивки в стене.

Взгляду предстало шумное сборище, словно сошедшее с полотен Уильяма Хогарта, написавшего серию из восьми картин под названием «Карьера мота», нежели из реальной жизни. Гости разместились почти на всех непомерно пухлых диванных подушках, разбросанных поверх довольно простой резной мебели. Создавалось впечатление, что на них человек был бессилен поддерживать правильную осанку. Они явно предназначались для отдыха… и для услаждения тела, а не глаз. Оштукатуренные стены были выкрашены бледно-голубой краской, а на потолке виднелись нарисованные облака в духе континентальной моды. Вокруг журчали разговоры, как фонтаны в оформленном во французском стиле саду. Легкие женские голоса смешивались с более глубокими мужскими тембрами. Скрытое от посторонних пространство, наполненное ароматом одеколонов и яркими шелковыми одеяниями мужчин и женщин, навевало мысли об оранжерее, изобилующей цветами, привезенными со всех уголков мира, которые никогда бы не выросли вместе в дикой природе.