Книга Расследование леди Ловетт, страница 18 – Вайолет Марш

Излюбленное место Мэттью, служившее ему убежищем от тягот городской жизни, только что превратилось в его преисподнюю… и его Элизиум^[8].

Мэттью Тальбот выглядел именно таким, каким его запомнила Шарлотта, и в то же время поразительно непохожим на себя. Она считала его скромным, добродушным человеком, который никогда не противился вмешательству сестры своего друга в их мальчишескую компанию на время школьных каникул. Шарлотта, несмотря на годы, проведенные в обществе Мэттью, почти ничего не узнала о нем, за исключением его необычной привычки сливаться с пейзажем и детства, проведенного в отдаленном шотландском поместье его отца.

И хотя Шарлотту бесконечно обучали искусству беседы ее няня, гувернантка и мать, она не сумела вырвать Мэттью из его несокрушимой крепости молчания. Впрочем, честно говоря, девушка и не прилагала к этому особых усилий. Ее всегда переполняла радость от возвращения брата домой, и она искренне наслаждалась тем, что не приходилось делить их разговоры с посторонним человеком.

Казалось, в этот момент Мэттью изо всех сил старался сложиться пополам и раствориться в обивке дивана. Ему не раз удавалось проделать такой трюк, невзирая на его огромный рост. Но сейчас Шарлотта не намеревалась позволить ему исчезнуть на заднем плане.

Она нуждалась в нем. Отчаянно.

Тайная комната в «Черной овце» открылась две недели назад, а Шарлотте так и не посчастливилось выведать хоть какую-то мерзкую правду о виконте Хоули, отчего страх перед предстоящей помолвкой крепчал с каждым днем. Более разношерстные клиенты пока не отваживались заглянуть в «женское логово», как они прозвали новую комнату. О гнусных уголках Лондона Шарлотта имела не больше сведений, чем раньше.

Девушка, не располагая другими средствами, попробовала добыть сплетни о лорде Хоули через аристократок, разузнавших о «Черной овце» благодаря распространившимся шепоткам. Шарлотта верила, что в кофейне дамы, проникнувшись непринужденной атмосферой, которой были лишены гостиные их родителей или мужей, разговорятся. Она не прогадала, но и ничего полезного из слухов не извлекла. Единственное заслуживающее внимания упоминание касалось леди Гринвейл, которой вторая жена Хоули приходилась сестрой-близнецом. После ее трагической смерти графиня Гринвейл начала негласно пропагандировать радикальные идеи относительно расторжения брака. Шарлотте страстно хотелось пообщаться с этой женщиной в «Черной овце», где им представился бы шанс побеседовать без лишних церемоний, но она не могла просто послать ей письменное приглашение. Вместо этого девушка поручила знакомым графини сообщить ей об их подпольном заведении.

Однако леди Гринвейл еще не посещала «Черную овцу», и даже если это произойдет, то нет никакой гарантии, что женщина предоставит важные сведения. Поэтому сейчас Шарлотте было проще всего выяснить о преступлениях виконта Хоули через его младшего брата.

Александр, к великому ее сожалению, наотрез отказывался допрашивать Мэттью от лица Шарлотты. Он настаивал на том, что будь у его лучшего друга доказательства, то добропорядочный врач заявил бы о свершенных Хоули преступлениях. Александр четко дал понять, что не желает, чтобы Шарлотта занималась расследованием злодеяний Хоули. Он пообещал, что сам будет вести дело, и уклонился от раскрытия Шарлотте каких-либо подробностей.