Книга Сыграем в любовь?, страница 37 – Шарлотта У. Фарнсуорт

— Доброе утро, – говорю я, когда Дрю садится напротив.

— Привет!

Он долго пьет воду, и я вижу, как ритмично двигаются мышцы его гортани. Я перевожу взгляд на свой недоеденный маффин.

— Ты уже завтракал?

— Ага.

— Как пробежка?

— Ну… так себе. Потом, пожалуй, еще потренируюсь.

— Нормально себя чувствуешь?

Уголок губ Дрю приподнимается.

— Ага. Устал просто. Спалось не очень.

Я все утро успешно подавляла воспоминания о прошлой ночи. Теперь же они нахлынули на меня со всей силой. И почему рядом с Дрю я постоянно попадаю в неловкие ситуации?!

Я кашляю:

— М-м… прости.

Он пожимает плечами, по-прежнему слегка улыбаясь:

— Хотя бы нетрудно было вставать.

Я наклоняю голову вбок – а не померещился ли мне этот акцент на последнем слове? Наши взгляды пересекаются, и я вижу в глазах Дрю и искорки веселья, и некий намек.

По телу постепенно разливается тепло, не имеющее никакого отношения к яркому солнцу на небе.

Вчера между нами были моменты. Много. Катание на водных лыжах. Победа в соревновании на каноэ. Жарка маршмеллоу у костра. Рядом с Дрю все казалось иным.

Изначально Дрю должен был быть чем-то вроде буксира. Но теперь вместо того, чтобы отвлекаться на него от нервов, мне просто хочется проводить вместе с ним время. И я не понимаю, черт, как к этому относиться! Я ожидала, что неделя перед свадьбой будет неуютной, а в итоге хорошо провожу время.

— А мы могли бы и правда этим заняться.

Я едва не давлюсь последним кусочком маффина. Пытаюсь изобразить равнодушие:

— Чем?

Кажется, вышло неплохо.

— Сексом.

Я смотрю на Дрю и моргаю. Один раз. Второй. Третий. Из головы вдруг вылетают все мысли. Будто погас свет и я шатаюсь в темноте, не зная, за что ухватиться…

— Что-о?!

— Просто предлагаю. – Дрю отпивает еще воды, будто мы ведем самую обычную беседу.

На террасе, кроме нас, по-прежнему никого нет. Я придвигаюсь ближе и понижаю голос:

— А с чего ты, м-м, так подумал?

Я не ожидаю, что Дрю ответит: «Ты мне всегда ужасно нравилась», хотя эти слова были бы приятны. Тем более он не раз замечал, как я его разглядываю.

Однако парень снова застает меня врасплох:

— Если честно, наслушался твоих криков прошлой ночью.

— Оу, – только и могу выдавить я в ответ.

Не знаю, насколько красное у меня лицо, но – судя по тому, что все тело горит как печка, – примерно как очень спелый помидор. Я с тоской смотрю на пустой стакан из-под холодного кофе. В нем осталась лишь пара кубиков льда. В горле пересохло, а мысли разбегаются в тысячи направлений.

— Я делала это просто… эм… для прикола. Пыталась, чтобы получилось реалистично, понимаешь?

Занимаю руки тем, что наливаю еще кофе из кофейника и добавляю немного овсяного молока.

Дрю улыбается – я каким-то образом чувствую это, хотя даже не смотрю в его сторону.

— Ага. Что ж, актриса из тебя что надо. Мне аж интересно стало, как все звучит на самом деле.

И вот тут я уже совсем не знаю, что ответить.

Дрю Галифакс – человек особенный. В юности я никогда не ощущала себя объектом его внимания. В более взрослом (и, будем надеяться, мудром) возрасте я привыкла делить парней на четкие категории. Дрю же не подходит ни под одну из них. И меня это, если честно, настораживает.

Я привыкла знать, что ожидать от людей. От мамы, сестры, друзей, коллег. Парней.