Онлайн книга «Журналист. Фронтовая любовь»
|
— Это я сегодня с утра. Еще до вашего прихода. — То-то и гляжу. Нет, брат, так не пойдет, надо переверстать. — А что не так, Дмитрий Андреевич? — Когда у тебя в синхронах задействованы два и более общающихся людей, очень не рекомендуется показывать сплошь «говорящие головы»… Я прекрасно помню эту съемку, там должны быть куски вот с этим аксакалом… Разверни… Во-от! Это – то, что нужно!.. На будущее тебе: слушающий человек часто бывает много более интересен, нежели говорящий… Смотри, какие у него руки выразительные! Именно что за себя говорящие руки. Обязательно оставь этот кадр! — Как скажете, – проворчал Костик. – Любой каприз за ваши деньги. — Да ты не обижайся! — А я и не обижаюсь. — Э-э, брат, не юли! У тебя сейчас все на роже написано. Мол, достал, старый пень! Каждый божий день до мышей докапывается!.. Кстати, о роже: что это у тебя на лбу? Вроде как шишка? — Да так, – смутился пионэр. – Подрался вчера. С одним уродом. — Что, хороший махач был? – оживился Образцов. — Ерунда. Просто потискались слегка. А потом он мне в лоб своим лобешником закатил. Ну и на этом, собственно, все и закончилось. Потому что в ауте оказались оба. — Эх, молодежь, даже подраться по-человечески не умеете!.. Я тебе один умный вещь скажу: биться кость в кость – занятие совершенно бессмысленное. В идеале стучать следует надлобьем по мягкой части лица соперника. Именно верхняя часть лба выдерживает удар в сотни килограмм, а потому разбитый в мясо нос – стопроцентно гарантирован. Главное – исполнить удар одним движением. За счет резкого сокращения мышц пресса и шеи. — Да вы, Дмитрий Андреевич, прям теоретик уличного боя! — Обижаешь! Я практик… – рассмеялся Митя. – А возвращаясь к нашим баранам… Экспериментальным путем установлено, что ежесекундные броски камеры, когда оператор хватает синхроны каждого из вступающих в беседу, начинает вызывать зрительное раздражение уже после третьего-четвертого броска… Трубку! — Что трубку? — К телефону подойди. Местный надрывается, не слышишь, что ли? — Ой! Точно. Костик торопливо прошел к телефону. — Монтажная… Да… Добрый день, Элеонора Сергеевна… Да, здесь… Хорошо, сейчас скажу… — Дмитрий Андреевич! Розовая Королева требует, чтоб вы к ней поднялись. — Вот прямо так-таки требует? – уточнил Образцов. — Ну, просит. Какая разница? — Принципиальная. Ладно, раз такое дело, уважим. – Митя крутанулся в кресле и сладко потянулся, разминая затекшую спину. – А ты пока прикинь, что мы можем на куске 17:35–17:52 придумать? Там, похоже, я диафрагму на Элеоноре с перебором приоткрыл, а сзади кадр солнцем залит… Понимаешь, о чем я? — Я, Дмитрий Андреевич, только с виду произвожу впечатление дебила, а так мала-мала врубчивый, – подтвердил Костик, подсаживаясь к монтажному столу. – Так что ступайте с богом на ковер, а я пока приблуды какие поищу. Ретушнем это дело… * * * Юрий Ильич сдержал слово и, пока супруга моталась по зарубежным командировкам, в ее служебном кабинете был сделан ремонт. В стилистике хай-тек – сплошь стекло, металл и керамогранит. Отстаивая проект, модный архитектор особо подчеркивал, что каждая деталь интерьера должна свидетельствовать, что хозяин кабинета – мало того что человек преуспевающий, так еще и в тренде. Модному архитектору, безусловно, виднее, но Элеоноре «трендовый» дизайн не глянулся, вызвав устойчивые ассоциации с декорациями космических станций и звездолетов из киноэпопеи Джорджа Лукаса, которую она терпеть не могла. В отличие от ее сыновей, которые «Звездные войны» могли пересматривать сотни раз… |