Книга Негодяй, страница 131 – Бернард Корнуэлл

— Я крепко накололся.

— Как это?

— Я думал, что я умнее, а оказалось, что это не так. – Я надеялся, что удастся отделаться уклончивыми словами, но с Джонни нужно говорить откровенно. – Я поссорился с ИРА.

— Прежде всего, тебе вообще не следовало с ними связываться.

— Они борются за хорошее дело, – сказал я мягко.

— Если оно такое хорошее, то почему они убивают? – прямо спросил он. – Неужели нужно бросать бомбы в людей, чтобы уничтожить голод в мире? Или убивать, чтобы спасти ребенка от лейкемии, а ведь это добрые цели.

— Не буду спорить.

— А где же золото?

— Исчезло.

Он рассмеялся. С точки зрения Джонни, только тяжелый труд заслуживает достойного вознаграждения, а все остальное достается либо – в худшем случае – нечестным путем, либо это просто мишура. Джонни и ему подобные – становой хребет Америки, доброе сердце честной страны, которая каким-то образом заполучила себе в парламент таких типов, как Томми Третий.

— Хочешь, я верну тебе те деньги, что ты тогда дал мне? – спросил Джонни. – Я ничего не потратил.

— Оставь их у себя, – ответил я. Господи, а ведь теперь мне придется искать себе работу. Я буду вынужден присоединиться к армии тех, кто работает с девяти до пяти. Я стану таким же, как все остальные. Это всегда было кошмаром всего мира секретных служб, потому что принадлежность к организации убийц придает человеку чувство исключительности, ощущение того, что он стоит выше мелочных забот и принудительных норм, обременяющих других людей. Но теперь, после стольких лет сознания своего превосходства, я должен буду сам зарабатывать себе на пропитание. Я прикинул, сколько намеревается дать мне ван Страйкер. Нужно полагать, недостаточно для того, чтобы оплатить все годы блаженного безделья, в котором я надеялся проводить свое время в водах Кейп-Код. А что может представлять собой бизнес по доставке яхт в Штатах? Вероятно, он заключается главным образом в переправке катеров с пластмассовым корпусом туда и обратно по внутренним водным путям. Сомнительно, что мне удастся пробиться в этот бизнес, но на что я гожусь? – Я-то надеялся на это золото купить судно для ловли тунца, – признался я Джонни. – А теперь я, пожалуй, не смогу купить даже банку тунца.

Он негромко засмеялся:

— Бог с ним, с судном. Их развелось слишком много, и они пользуются самолетами для наводки. Когда начинается лов, тут происходит настоящее побоище. Лет десять тому назад можно было загарпунить по большой рыбине каждую неделю, а нынче тебе сильно повезет, если увидишь рыбу приличных размеров за все лето.

Ну вот, подумал я, еще одна мечта убита, и я прислонился головой к стеклу заднего окна машины. Так что же все-таки мне делать? Неужели все последние четырнадцать лет прошли прахом?

— А что, есть здесь спрос на осмотр судов? – спросил я.

— Насколько мне известно, нет, – ответил Джонни. – Но вот молодой Эрни Мэриотт недавно встретил девушку в Нью-Бедфорде, а это означает, что мне понадобится матрос в мою команду.

— Ты что, предлагаешь мне работу?

— Я предлагаю тебе замерзшие руки, мокрую задницу, трудные ночи и, может быть, возможность заработать пенни-другой, если правительство позволит нам ловить рыбу, а не только заполнять бланки.

— Согласен, – сказал я.

— Но помни, тут карьеру себе не сделаешь, – предупредил меня Джонни. – Я с трудом содержу свою семью. Но это все же лучше, чем работать в одном из таких заведений, не так ли? – Он махнул рукой в сторону гольф-клуба, который, хотя и был закрыт на зиму, все же сохранил и теперь какие-то крикливые краски, заманивающие посетителей. Мы ехали на восток по шоссе номер 28 – южной артерии района Кейп, а также прибежища темного бизнеса и дешевых мотелей. Это свидетельство того, как человечество, оказываясь в раю, непременно скатывается до неоновых реклам и грязных кабаков. – Еще несколько лет, – ворчал Джонни, – и у нас здесь будет все так же, как во Флориде. – Некоторое время он брюзжал по поводу печальной судьбы нашего края, а затем, нахмурившись, взглянул на меня. – Ты в самом деле велел Саре Син Теннисон получить для тебя это судно?