Книга Кровавый навет, страница 332 – Сандра Аса

— Сума при вас?

— Я с ней не расстаюсь.

— Лучше сделать это прямо сейчас. Иначе может быть поздно.

— Давайте дождемся захода солнца, – остановил его Алонсо. – Я заметил, что в это время подчиненные покидают тюрьму и не возвращаются до полуночи. Комендант останется один, и разобраться с ним будет проще.

— Хорошо. А пока купим вина. Оно понадобится, чтобы затуманить болвану рассудок.

— Спасибо, Хуан. Если бы не вы, я бы так и сидел в полном отчаянии.

— Благодарите сеньору Суму, – усмехнулся Хуан. – Я всего лишь марионетка в ее руках, провалиться мне сквозь землю! Должно быть, она решила передать вам свое послание и отправила меня прямиком к вашей ленивой особе. Вы отлично разбираетесь в шахматах и в этом вашем Юстинии, но, когда дело доходит до чего-нибудь серьезного, Сума обращается не к вам, а к тому, кто слышит ее голос. Вы кичитесь своим умом, а в глазах этой доньи не так уж и умны.

— Похоже на то, – улыбнулся Алонсо, похлопав его по плечу. – И все же мне очень повезло. Ни у кого нет такого друга.

Когда Хуан и Алонсо постучали в дверь Коронной тюрьмы и перед ними возник мрачный гигант, оба опешили. Его широченное тулово едва помещалось в дверном проеме, а рост был настолько выше среднего, что даже Алонсо, привыкший взирать на мир сверху вниз, запрокинул голову.

— Вам чего? – угрюмо осведомился верзила.

Алонсо пришел в себя первым. Прижав подбородок к груди, он расправил плечи и, прячась под полями шляпы, заговорил таким же низким, как комендант, голосом:

— Мы хотим видеть супругов Кастро. Нам известно, что именно здесь они терпят лишения и бедствия.

— Здесь никто ничего не терпит, – проворчал комендант, собираясь закрыть дверь. – Уходите.

Алонсо просунул в щель носок сапога, так что дверь осталась открытой. Затем протянул ему Суму Надежды.

— Возможно, это побудит вас оказать нам более гостеприимный прием.

— Возможно, – согласился комендант, завороженно глядя на очертания монет, различимых сквозь ткань.

— Устройте нам свидание с Кастро, и вы их получите.

— Откуда вы знаете, что эти двое сидят в моей тюрьме?

— В Мадриде знают даже тайну Святой Троицы, начальник, – вмешался Хуан.

— Ни один живой человек, непричастный к этому делу, не знает их местонахождения, – возразил комендант, не сводя глаз с Сумы.

— Значит, мы не живые люди и явились из самого ада, – мрачно намекнул Алонсо.

Это замечание, казалось, не только не устрашило, но даже позабавило коменданта: он отвел взгляд от заветного мешочка и хитро улыбнулся, обнажив сломанные, гнилые и неровные зубы, какие бывают у людей, не привыкших держать их в чистоте и жующих табак, что тюремщик и делал все это время. На зловещий, но не слишком убедительный намек Алонсо он ответил вопросом предельно несмешливым и язвительным; обслюнявленный травяной шарик вылетел у него изо рта и, к несчастью, приземлился в аккурат на плащ стоявшего перед ним незнакомца.

— Любопытно, чем же вызван подобный интерес? Готов поклясться, что он весьма велик, раз уж подвиг вас явиться сюда из вотчины самого Люцифера.

— К чему столько слов, маэсе! – воскликнул Хуан. – Либо вам очень скучно, либо вы купаетесь в золоте. Вам дают набитый деньгами мешок, а вы, вместо того чтобы схватить его и спрятать подальше, точите лясы.