Книга Медведь, страница 66 – Джулия Филлипс

И сегодня он сошел с парома, чтобы лишний раз ей об этом напомнить. Бен думал, она вообще дурочка по сравнению с ним: он-то многое успел повидать. Вырос в другом месте, служил в резерве береговой охраны, путешествовал. А Сэм так и жила дома – и чему она за это время научилась? Какие уроки преподала ей жизнь? Только один-единственный, который она как раз сегодня пыталась объяснить Бену: никогда не обращайся за помощью к чужаку.

— Ладно, неважно, – бросила Сэм.

— Нет, я… – Он замялся. – Сэм, я просто… Сколько?

— Забудь.

Теперь у Бена снова сделалось обычное лицо. Он дернул рукой, будто собрался достать кошелек, но на самом деле в карман не полез, рука зависла где-то рядом.

— Если тебе правда надо, – добавил он, – я могу.

— Нет, все в порядке, – отозвалась Сэм. Он опустил руку. Теперь он себя контролировал, но явно испытывал облегчение, Сэм это чувствовала. Она достала телефон, чтобы проверить, который час, и одновременно чтобы не смотреть на Бена. – Уже поздно.

Бен вышел за ней из магазина и двинулся дальше по Спринг-стрит, к гавани, где стояла ее машина. Сэм держалась на шаг впереди, чтобы он не мог больше к ней прикасаться. Бен что-то рассказывал про другого матроса с парома: как они поругались, как Бен ему смешно ответил. А Сэм думала про пятьдесят пять долларов: две двадцатки, десятка и пятерка. Всего несколько банкнот, но у нее их нет, а Бен считает, что она их не заслуживает.

Его семья богаче, чем у нее. Это очевидно. Он два года учился в колледже, хотя даже не упоминал о студенческих займах. Он носил ботинки «Ред винг», приличный бренд, и мобильник у него был поновее. Его родители до сих пор состояли в браке. Они на пенсии, сказал он Сэм, пока болтал с ней – то ли до, то ли после секса, в шутливом его преддверии или в мягком послевкусии.

Матери Сэм никогда не доведется выйти на пенсию. Даже если бы она не заболела, она не смогла бы себе такое позволить. Чтобы Сэм с сестрой прекратили работать хоть ненадолго, кому-то придется умереть. А вот у Бена, который шагает следом за ней и несет ее сумку, есть всё. Сто раз по пятьдесят пять долларов, наверное. Или даже больше. Во время пандемии он просто развлекался, изображал трудовую жизнь. Занимал должность, которую не предложили Сэм, место на пароме, где ей не давали смен. Он вел себя так, будто все про нее знает, но на самом деле и понятия не имел. Не знал, что́ Сэм пережила. Сколько могли бы изменить четыре банкноты.

Они дошли до парковки. На краю стояла инсталляция, мимо которой Сэм ходила тысячи раз: резной деревянный столб, изображающий женщину, которая обнимает горного льва. Скорее бы убраться с этого острова. Оборвав байку Бена про первого помощника, Сэм сказала:

— Пока.

Он остановился и быстро сориентировался:

— Тебе точно некогда пообедать?

Сэм покачала головой.

— Даже пары минут нет? Могли бы просто потусить.

А, ну да. Когда ей что-то понадобилось, Бен ей отказал, но теперь, пройдя с ней восемь кварталов, созрел для того, что ему на самом деле нужно. Заднее сиденье машины, запертая дверца, торопливое раздевание.

— Нет.

Он на секунду обиженно надулся.

— А когда у тебя завтра смена?

— Утром. В пять.

— А у меня только в два.

— Ну и ладно. – Ей было пофигу. Ее уже перестал интересовать Бен, его тело, его разговоры, то, как он рывком входил в нее, как шутил. Связь между ними закончила свою недолгую жизнь.