Онлайн книга «Твоя последняя ложь»
|
— Да, – отвечаю я, по-своему веря, что Мейси и вправду сказала мне эти слова. Я тогда без обиняков спросила, находился ли тот человек в машине, и она ответила утвердительно. Когда я спросила, была ли машина черной, Мейси расплакалась и убежала, в отличие от тех случаев, когда я спрашивала, была ли та красной или синей, на что она лишь покачала головой и сказала, что нет. — Почему вы думаете, что это та самая машина? – спрашивает детектив, и я рассказываю ему о сцене, разыгравшейся сегодня днем на парковке продуктового магазина, – о том, как моя Мейси в испуге убежала от меня, лавируя между машинами. Рассказываю ему, как она описалась, как безудержно кричала: «Нет, нет, нет, нет, нет!» Детектива, похоже, это ничуть не интересует. Он ничего не записывает, и выражение его лица не меняется. Только когда я замолкаю, он начинает говорить. Мне сообщают о том, о чем я до сих пор не знала. Когда Ник погиб, на место происшествия был вызван специалист по реконструкции ДТП. Такого рода специалист, объясняет мне детектив Кауфман, вручая мне кружку с кофе и упаковку салфеток, проводит подробный анализ мест происшествия, особенно тех, которые связаны со смертельным исходом, – таких как у Ника. Предметами такого анализа являются скорость, с которой ехал водитель в момент наезда или столкновения, дорожные и погодные условия, а также то, не является ли причиной смерти убийство по неосторожности или умышленное убийство, или же виной тому трагическое стечение обстоятельств – просто невезение, грубо говоря. На месте происшествия проводятся измерения, делаются фотографии, а также анализируется состояние транспортного средства и проезжей части. — В наши дни, – говорит он мне, – большинство автомобилей оснащаются собственными «черными ящиками», что вскоре может избавить нас от необходимости в специалистах по реконструкции аварий. Такие устройства называются тахографами, или же аварийными регистраторами. Они способны поведать нам то, чего не может сообщить погибший: например, сколько времени потребовалось, чтобы сработали подушки безопасности, был ли водитель пристегнут ремнем, нажал ли он за миг до столкновения на газ или на тормоз… Я вопросительно смотрю на него, гадая, на что же Ник в тот момент нажал: на газ или на тормоз. Представляю себе, как Мейси и Ник вместе едут в машине по Харви-роуд. В моем представлении окна закрыты, кондиционер включен на полную. В тот день было очень жарко, и хотя Мейси любит ездить с полностью опущенными стеклами, чтобы солнце светило ей в глаза, а ветер развевал волосы, Ник был бы против. Он терпеливо переносил многое, но только не влажность или жару. Я вижу его в темных очках, хотя умом понимаю, что это не так – солнечные очки Ника лежат на комоде в его спальне, забытые в тот день дома. Он очень спешил. На Нике не было солнцезащитных очков, но в моих виде'ниях они у него на переносице, и он поворачивается к Мейси, иногда подпевая словам песенки, слов которой полностью не знает. По радио звучит саундтрек к «Холодному сердцу»[26], и Мейси упирается ногами в кожаную спинку переднего пассажирского сиденья и пинает по ней в такт музыке. В руках у нее книжка. Книжка с твердыми картонными страницами, которую она выбрала из корзины, установленной в центре заднего сиденья, «Баю-баюшки, луна!»[27], потому что именно в таком виде ее и нашли медики со «скорой» – с книгой в руках. |