Книга Нежный плен, страница 115 – Мила Дрим

— Ты права, Годива, - Леонардо сдернул с кровати одеяло и повесил его на крючок. Затем сел на корточки перед камином и принялся разжигать его. Девушка, упершись взором в спину мужа, собиралась с мыслями, что нужно будет сделать здесь. Подмести, вымыть полы… прежде, она никогда еще не занималась подобной работой, и не была уверена, насколько хорошо это у нее получится, но отступать не собиралась.

— Поленья просырели, - Леонардо, поднявшись на ноги, направился к выходу, - я скоро, а ты пока – располагайся.

Хлопнув дверью, мужчина вышел из дома, оставляя жену одну. Годива медленными шажочками, словно боясь кого-то разбудить, шла по дому, разглядывая каждую деталь, что открывалась её взгляду. Ощущая себя гостьей в чужом мире, девушка старалась – снова и снова – привыкнуть к столь чужому пока для неё месту. Она понимала – понадобится время, чтобы обжиться здесь. Годива торжественно пообещала себе – что ни словом, ни взглядом, не покажет своему мужу, что ей что-то здесь не нравится. В конце концов, самое главное – то, что они с Леонардо вместе, а остальное – не имело такого значения.

Прекрасная саксонка, склонившись над одним из мешков, принялась копаться в нем. На её счастье, почти сразу же под руку попало одеяло – колючее, большое, и теплое, оно было весьма кстати. Девушка, укутавшись в него, стала извлекать содержимое мешка с провизией. Засушенный творог, несколько головок сыра, вялено мясо и хлеб, зеленые яблоки, при виде которых у Годивы свело скулы, а рот наполнился слюной. Не сдержавшись, девушка вцепилась в яблоко, с жадностью откусывая от него кусочек. Желудок защипало от кислого яблочного сока, но Годива продолжала поглощать фрукт, дивясь собственному порыву.

К тому моменту, когда Леонардо вернулся с ворохом хвороста, девушка уже доедала яблоко. Заметив мужа, Годива виновато сглотнула, словно совершила что-то преступное. Теплая улыбка озарила усталое лицо мужчины.

— Проголодалась? – Леонардо снова присел возле камина и стал разжигать его. – Сейчас вскипятим воду, заварим травы и поедим вкусно и сытно.

Послышалось ласковое тресканье поленьев, помещение начало наполняться пока еще еле ощутимым теплом и легким древесным ароматом. Мужчина подошел к Годиве и, вдруг, порывисто заключил её в своих объятиях. Сердце захлебывалось от любви к ней – к той, которая пошла за ним, которая одним своим видом озаряла эту почти нищенскую обстановку, превращая её в роскошный дворцовый зал…

Годива проснулась от звука льющейся воды. Еще до конца не придя в себя, девушка лежала, пытаясь сообразить, где она находится. Наконец, в сознании мелькнули картинки прошедшего дня. Смятение, волнение и  облегчение от осознания того, что она вместе с Леонардо. Рядом почувствовалось шевеление – мужчина, пробудившись, резко соскочил с кровати. Сейчас, на фоне тонкого лучика луны, деликатно пробивавшегося сквозь окошко, фигура нормандского льва казалась высеченной из скалы – мощные плечи, сильные руки, крепкая спина. Годива, позабыв о том, что откуда-то льется вода, залюбовалась мужем. Смотрела и думала: «какое счастье, что мы вместе».

— Крыша прохудилась, - недовольно пробурчал Леонардо, своим голосом разбивая прежде романтическую атмосферу. Он подтащил деревянный чан под место протечки. Вода захлюпала под его ногами, когда мужчина принес еще и ведра. Дождь забарабанил по емкостям и странной какофонией звуков наполнился дом.