Книга Отец подруги. Ты моя проблема, страница 12 – Ульяна Краш

Заезжаем во двор.

Алый закат, словно расплавленное золото, заливает фасад двухэтажного особняка, отражаясь в огромных панорамных окнах. Они сверкают, как драгоценные камни, ослепляя. Фонтаны, окружённые идеально подстриженными кустами, разбрасывают в воздухе миллионы бриллиантовых брызг. Газоны — ровные, изумрудные, будто сошедшие со страниц глянцевого журнала.

Я невольно опускаю взгляд под ноги. Плитка под моими потрёпанными кедами — тёплая, почти бархатная на ощупь, с замысловатым узором. Каждая её деталь, каждый изгиб орнамента кричит о безумной стоимости.

«Этот квадратный метр стоит больше, чем вся наша хрущёвка», — проносится в голове.

Я делаю шаг из машины — и земля будто уходит из-под ног. Колени слегка дрожат, будто тело, наконец, осознало, куда меня занесло.

«Не место таким, как я», — шепчет какой-то внутренний голос.

Но Алиса уже хватает меня за руку и тащит вперёд, к сверкающему особняку.

«Дыши», — приказываю себе.

Но воздух вдруг становится таким густым, будто его тоже купили за безумные деньги.

— Пап! — Алиса взвизгивает и бросается к мужчине, который выходит на крыльцо.

Я поднимаю глаза.

Высокий. Широкоплечий. Серые глаза, холодные, как сталь.

Молох.

Мир переворачивается.

Он обнимает Алису, потом его взгляд скользит ко мне — и застывает.

Он узнал.

— Пап, это Арина! Моя лучшая подруга! — Алиса тянет меня за руку.

Он медленно спускается по ступенькам.

— Арина… — его голос глубокий, ровный, но в нём что-то дрогнуло. — Рад познакомиться.

Протягивает руку.

Я не могу дышать.

Он — её отец.

А она только что пригласила меня поехать с ними.

На Мальту.

С ним.

Секунда. Всего одна секунда — и мир раскалывается на "до" и "после".

Его пальцы смыкаются вокруг моей ладони. Тепло. Твёрдо. Знакомо.

Я не могу пошевелиться.

— Арина? — Алиса щурится, тычет меня локтем вбок. — Ты чего сжалась, как мышь?

Я заставляю себя улыбнуться.

— Просто… не ожидала познакомиться с твоим папой, — выдавливаю я, отдёргиваю руку так резко, будто обожглась.

Его глаза — серые, бездонные — слегка сужаются. Он знает.

— Ну, заходите уже! — Алиса влетает в дом, сбрасывая туфли на мраморный пол. — Пап, а где твой легендарный лимонад?

Он не сразу отводит взгляд от меня.

— В холодильнике, — наконец отвечает он, и его голос — тот самый, который два месяца звучал в моих кошмарах и самых постыдных фантазиях.

Я стою в шикарном холле, под люстрой, которая может занять всю мою комнату, и чувствую, как земля уходит из-под ног.

Отец Алисы.

Тот самый мужчина.

Незнакомец из ночного клуба.

— Идём! — Алиса хватает меня за запястье, тащит за собой.

Я иду, но моё тело — не моё. Ноги ватные, в ушах — гул.

Гостиная, кухня, терраса — всё сливается в калейдоскопе дорогих деталей. Я вижу его везде: вот он наливает лимонад в хрустальные бокалы, вот поправляет рукав рубашки, вот смотрит на меня так, будто помнит.

— Так значит, через неделю? — Алиса разваливается на диване, закидывает ноги на стол. — Я уже чемодан собрала!

— Через неделю, — он повторяет, ставит передо мной бокал. Лёд звенит. — Если Арина согласна.

Я поднимаю глаза.

— Конечно, согласна! — вклинивается Алиса. — Она же не дура, чтобы от Мальты отказываться!

Он ждёт.

— Я… — мой голос предательски дрожит. — Мне нужно подумать.

Алиса закатывает глаза.