Книга Параллельный ответ на измену, страница 8 – Ника Янг

Надела платье. Не то практичное, в котором бегаю по клиентам, а то самое, цвета спелой вишни, с декольте и лёгкой юбкой-колоколом. Оно висело в шкафу два года, ждало своего часа. Час настал.

Надела каблуки, от которых через полчаса будут отваливаться ноги, но сейчас — я чувствовала себя королевой. Пусть королевой на один день. Пусть королевой в своём собственном, одиноком королевстве.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале прихожей. Женщина с яркими губами и тщательно уложенными волосами смотрела на меня с вызовом. «Ну что, Ирина? Поехали творить чудеса?»

— Поехали, — сказала я вслух.

Я погрузила сумки в машину (старенькую «Шкоду», которая чихала на каждый поворот), усадила на пассажирское сиденье контейнер с тортом. И мы поехали. За город. Туда, где должен был состояться праздник для моей дочери. И, может быть, для меня самой.

Дорога была долгой. А я думала о том, что сегодня вечером на сцену в полутьме выйдет не Вася Виталенко. А мужчина, который тоже, кажется, забыл, что такое быть настоящим. И, возможно, нам всем — мне, Кире, Данилу — сегодня очень нужно поверить хотя бы в одну маленькую, искреннюю улыбку.

Шале оказалось даже лучше, чем на фотографиях в договоре. Деревянное, пахнущее сосной и дорогим воском, с огромной террасой и видом на лес, уже тронутый первым осенним багрянцем. У подножия склона, на идеально подстриженном газоне, рабочие монтировали невысокую сцену с тёмным задником. Всё как мы и договаривались: для «эффекта полутьмы и тайны».

Я, забыв про все, перешла в режим «генерала на поле боя». Платье вишнёвого цвета мелькало то тут, то там.

— Столы не так! Сдвиньте чуть левее, чтобы из дома был вид прямо на сцену! — командовала я парням из кейтеринга, которые смотрели на меня с немым вопросом «кто эта яркая пташка?». — И фонарики-гирлянды не только по периметру, но и вот по этим веткам! Чтобы свет падал сверху, как звёзды! Фонограмма проверена? Три трека: «Радуга», «Облака», «Созвездие Льва». Никаких накладок!

Я была в своей тарелке. В своей стихии. В организации хаоса в нечто прекрасное. Это было похоже на сборку сложной франшизы, только живее и пахло не бумагой, а можжевельником и свежей выпечкой из соседней пекарни.

И вот, когда я с азартом объясняла диджею (молодому пареньку с круглыми глазами), как важно сделать плавный переход между песнями, я почувствовала его на спине. Взгляд. Тяжёлый, изучающий, мужской. Обернулась.

Данил Кирпичев стоял в нескольких метрах, прислонившись к косяку террасы. Он был в тёмных джинсах и простом сером свитере, который делал его плечи ещё шире. Он не улыбался. Просто смотрел. Так, как будто разгадывал сложную головоломку под названием «Ирина Колмачева».

— Я… хотел проконтролировать, — сказал он, оттолкнувшись от косяка и подходя ближе. Его голос заглушал тихую фоновую музыку. — Раз уж я ключевой «артист». Не помешаю?

— Нет, что вы! — я засуетилась, неожиданно смутившись. — Всё идёт по плану. Сцена почти готова, звук…

— Я вижу, — перебил он мягко, его глаза скользнули по моему платью, задержались на лице, на яркой помаде. — Вы здесь полновластная хозяйка. Это впечатляет.

Он начал ходить за мной. Не вплотную, но на расстоянии вытянутой руки. Когда я делала замечание по свету, кивал и добавлял что-то техническое, о чём я и не думала. Когда проверяла угощения, он молча взял со стола мини-круассан, отломил кусочек, попробовал и одобрительно хмыкнул.