Книга Параллельный ответ на измену, страница 9 – Ника Янг

И всё время — этот взгляд. Не назойливый, но неотступный. «Волчий» — пронеслось у меня в голове. Не в плохом смысле. А в смысле… внимательный, оценивающий, охотничий.

От этого взгляда по спине бежали мурашки, а внутри всё странно ёкало. Я ловила себя на том, что поправляю волосы и говорю чуть громче, чуть оживлённее, чем обычно.

Глупо, Ира. Глупо.

Волнение прервало урчание мотора. К шале подъехал ярко-красный спортивный кабриолет. Из него, как из рекламы дорогого парфюма, выплыла девушка. Длинные ноги, идеальные волосы цвета осенней листвы, безупречный макияж.

Она подошла к Данилу, неспешно, как по подиуму. Он встретил её лёгким, почти неощутимым прикосновением к локтю. Ага, та самая девушка.

— Даня, я замёрзла в этой глуши, — сказала она голосом, в котором не было ни каприза, ни радости — просто констатация факта. Её взгляд скользнул по мне, по рабочим, по шале, и я явно прочитала в нём: «Какой провинциальный ужас».

«Надувная кукла», — мгновенно и беспощадно диагностировала я про себя. Красивая, дорогая, но абсолютно пустая. Ей было скучно здесь, скучно с Данилом, скучно, наверное, вообще. И мне вдруг дико захотелось ткнуть в неё пальцем — хоп! — и посмотреть, как она, шипя, сдуется и улетит в осеннее небо.

Данил что-то тихо сказал ей, она пожала плечами и направилась в дом, с головой уходя в телефон. Он посмотрел ей вслед, и в его глазах я снова увидела ту самую усталую пустоту, что была в кабинете. «Ему нужна живая женщина, — подумала я с какой-то безумной дерзостью. — Которая может устроить пожар на кухне, но зажечь огонь в глазах. А не эта… красивая сосулька».

Мысли прервал ещё один, знакомый до тошноты звук — подкатил аккуратный седан Виталия Васильевича. Он вышел, окинул место праздника беглым, критическим взглядом страхового оценщика, высчитывающего риски.

— Размахнулась, — произнёс он, подходя. Его взгляд скользнул по моему платью, и я увидела в нём не восхищение, а лёгкое раздражение, как при виде ненужной, но дорогой покупки. — Надеюсь, это не в кредит.

— Всё под контролем, — бодро ответила я, чувствуя, как под взглядом сразу двух мужчин — одного холодного, другого невыразимо тёплого и тяжёлого — я готова провалиться сквозь землю.

Вечерело. Небо из серого стало цвета синего бархата, и в этот самый момент рабочие щёлкнули выключателем. Зажглись фонари — те самые, что я велела развесить по ветвям. Тёплый, золотой свет залил террасу, газон, сцену, отразился в огромных панорамных окнах шале. Из динамиков полилась тихая, ненавязчивая музыка. Всё было готово. Волшебство, которое я собрала по кусочкам, зависло в воздухе, затаив дыхание.

Осталось только дождаться именинницу. И понять, сможет ли это хрупкое волшебство пережить столкновение с реальностью.

Кира приехала с подругами — такими же хрупкими, молчаливыми существами в чёрном, как и она сама. Они ковыряли вилками салаты и тихо перешёптывались.

Музыка лилась, фонарики мигали, еда была красивой и обильной. Всё было «нормально». То есть абсолютно мёртво. Как страница глянцевого журнала про «идеальный праздник». Того самого огня, ради которого я всё это затеяла, не было и в помине.

Мой сюрприз — выступление «Васи Виталенко» — был последней надеждой разжечь хоть какую-то искру. И он же был гирей на моей совести. Я обещала Данилу честность. И снова соврала. Вернее, промолчала. Я не сказала Кире, что это будет пародия. Я сказала просто: «Будет сюрприз. Ты точно обрадуешься».