Книга История (не) Белоснежки, страница 111 – Ямиля Нарт

Она посмотрела на меня.

— Иногда думаю, о том, какой была бы я, если бы всё осталось как прежде. Если бы ты… если бы та женщина осталась у власти. Я бы, наверное, была запуганной куклой в розовых платьях. Боялась бы собственной тени. Мечтала бы только о принце, который спасёт меня, и ненавидела бы саму себя за то, что нуждаюсь в спасении.

Она повернулась ко мне, и её глаза, тёмные и глубокие, были полны взрослого, осознанного понимания.

— Спасибо тебе. Не только за то, что спасла королевство. А за то, что спасла меня. За то, что видела во мне не призрак прошлого, а человека. За то, что учила думать, спорить, считать, вести переговоры. За то, что не сделала из меня «даму в беде», как ты говоришь.

В горле у меня встал ком. Я притянула её к себе и обняла, чувствуя, как она, уже почти взрослая, на мгновение снова становится тем испуганным ребёнком в сером платьице, которого я когда-то забрала с холодного каменного пола.

— Я тоже должна тебе сказать спасибо, — прошептала я ей в волосы. — Ты была моим самым главным стимулом. Моим светом в конце туннеля. Без тебя… я могла бы сломаться. Я просто дала тебе шанс стать собой. А ты этим шансом воспользовалась блестяще. Совет Рассвета, который ты создала — это потрясающе. Их рекомендации по реформах были настолько дельными, что лорд Бертран взял их за основу нового закона.

Она покраснела от похвалы, но не опустила глаза.

— Это была командная работа. У Лиама, кстати, на удивление здравые мысли по части логистики. Хотя он всё ещё ведет себя иногда как древний монах.

Я усмехнулась. Наследный принц Вальдрана вырос из того задиристого, напыщенного мальчишки в сдержанного, даже немного чопорного юношу. Его визиты в Олденир, сначала дипломатические, а потом и по приглашению Белоснежки, стали регулярными. Между ними установились непростые, но уважительные отношения. Они спорили до хрипоты о управлении, традициях и будущем, но в этих спорах рождалось взаимное уважение. Брак между ними был бы идеальным политическим союзом, скрепляющим мир с Вальдраном. Но я дала Белоснежке право окончательного выбора. И пока что её взгляд всё чаще задерживался на молодом, пытливом учёном из Академии Наук и Магических Искусств, том самом, что разработал новую модель магического ретранслятора.

— Выбор всегда за тобой, — повторила я вслух. — Никогда не забывай этого.

— Я не забуду, — пообещала она. Потом её взгляд скользнул куда-то за мою спину, и её лицо озарилось тёплой, немного шаловливой улыбкой.

Я обернулась. По тропинке от дома к озеру шёл Ксил.

Десять лет жизни среди людей, бытие мужем, отцом, правителем, оставили на нём свой отпечаток. В его движениях было меньше отстранённой грации и больше уверенной силы. Он был одет просто — тёмные штаны, белая рубашка с расстёгнутым воротом, без намёка на королевские регалии. Только на его пальце, как и на моём, светилось тёмное, тёплое кольцо работы гнома Скромника — якорь нашей связи, символ нашего двойного брака.

Того, демонического, глубоко личного, что связал наши жизни и силы воедино. И того, королевского, публичного и пышного, что скрепило наш союз перед лицом Богини и всего народа. Он был королём-консортом, официальным главой всех магических и научных проектов. А в народных легендах мы давно уже стали единым целым: мудрая королева-реформатор и её загадочный, могущественный супруг-маг, чья воля и сила сделали Олденир неуязвимым.