Книга Три нити Поднебесной, страница 90 – Моргана Маро, Ирина Голунцова, Александра Альва

Вот только действительно ли это её чувства? Жар, разгорающийся внизу живота, отчётливо отдавал в демоническую метку. Мог ли он ею манипулировать? Управлять её желаниями и телом? Да, вполне. Но пока нутро пылало от возрастающего вожделения, а самолюбие тешилось от вида стоящего перед ней на коленях мужчины, разум крепко вцепился в одну-единственную мысль – никому нельзя доверять. Ей нужно понять, что именно от неё хотел Ба Цюань, помимо внимания и ласки.

— Так и собираешься ползать у меня в ногах, господин Ба? – Аккуратно высвободив руки и обхватив ими лицо Ба Цюаня, она заставила его посмотреть на себя. В её глазах мерцали холодные искры, но несмотря на отсутствие улыбки, Гао Шэнинь интимно прошептала: – Мне нравится видеть тебя у моих ног. Но в такой позе, боюсь, не смогу воспользоваться твоим прекрасным положением.

Она недвусмысленно погладила его по щеке, опустив большой палец к тонким губам и проведя по ним почти невесомо. Приметив, как хищно расширились зрачки Ба Цюаня, Гао Шэнинь опустила руку ему на плечо, как бы предостерегая от поспешных действий. В этот миг она как нельзя лучше заметила испарившуюся маску слепой покорности, и весь спектакль о несчастном демоне, лишённом обычной ласки, обратился сплошным фарсом. В глазах Ба Цюаня, горящих золотом, металось желание существа, которое долгое время выхаживало свою добычу и наконец готовилось сделать финальный рывок, чтобы вонзить в неё острые клыки. Даже несмотря на то, что в нём текла не только демоническая кровь, он почти не отличался от своих жестоких и голодных собратьев.

Гао Шэнинь не просто видела это, она чувствовала настрой Ба Цюаня благодаря метке, через которую он словно пытался наполнить её волей отдаться ему без остатка. В нём текла кровь дракона, чей жар опалял её духовной связью. Будь Гао Шэнинь моложе и неопытнее, она бы оторопела от подобного напора и позволила бы Ба Цюаню тут же вскочить на ноги и взять её прямо на столе.

— Терпение, мой господин.

От её мягкого голоса и решительного давления руки, сжавшей плечо, Ба Цюань шумно выдохнул, отчего издал звук, больше похожий на рычание. Было ли то наваждение или же ей действительно нравилось дразнить этого зверя, Гао Шэнинь не знала. Она осторожно выскользнула из его объятий и направилась к дверям, за которыми находились её покои. Отворив створки, она обернулась и, снисходительно улыбнувшись, поманила Ба Цюаня.

Его страсть напоминала пожар, который ещё никогда не захлёстывал Гао Шэнинь с такой сокрушающей силой. Она помнила объятия Ан Жаня, помнила его поцелуи и осторожные прикосновения, которые стали рутиной, чтобы поддерживать целостность их духовного единения во время парного совершенствования. То стало обыденностью тихого утра, а не штормом, разыгравшимся в ночи.

Жадные поцелуи, хищные укусы и прикосновения языка, чужое горячее дыхание на обнажённой коже и руки, которые не только ласкали, но и хватали, сдавливали, пробуждали дикое желание продолжать это сумасбродство. Ба Цюань набросился на неё, словно путник, долго странствующий по мёртвым землям и впервые увидевший источник с чистой прохладной водой. Он целовал её губы, шею, грудь, спускался ниже, заставляя почувствовать себя полностью раскрепощённой и позабыть об ужасах реальности, о том, что его отношение к ней нельзя было назвать здоровой любовью.