Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 101 – Виктория Богачева

Я должен поговорить с Верой и предостеречь её. Рассказать о мерзавце-Давыдове.

Да. Так и стоит поступить.

Наскоро с ним простившись и с трудом сдержав гримасу, я покинул здание и вышел наружу. Промозглый, сырой воздух ударил в лицо, и я сделал глубокий вдох. Новый кучер, которого ничего не связывало с Лилианой, заметил меня с противоположной стороны улицы, подъехал и раскрыл дверь.

— Домой, барин? — спросил.

— Да, — кивнул я. — Домой. Но не ко мне.

Адрес Веры я знал наизусть. Кучер ничего не сказал — ему и не положено; я забрался в экипаж, и мы поехали.

Было ещё не поздно, всего пять вечера. Просто стемнело рано, потому улицы казались чёрными и пустыми. А вот у доходного дома Веры кипела жизнь. Двери нараспашку, с крыльца и на крыльцо бегают люди, нагромождены какие-то коробки, корзины, свёртки... Чуть поодаль стояли две набитых повозки, лошади нервно шевелили ушами, вздрагивая от громких звуков.

— Барыня, куда это класть?! — на весь двор вопрошала какая-то служанка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Это никуда не нужно, Глафира, я возьму в экипаж, — ответила ей Вера.

А затем показалась на крыльце.

Странно.

Я видел её всего неделю назад, а она словно изменилась.

Дурак ты, Урусов, — подумал я про себя.

— Иван Кириллович?! — она заметила меня, ведь я вышел из экипажа и подошёл к подъезду.

Застыла шокировано и даже будто бы дёрнулся к крыльцу: хотела сбежать? Но передумала, взяла себя в руки и вскинула подбородок.

— Какими судьбами? — подошла ко мне, провожаемая многочисленными взглядами дворни.

— Переезжаете? — невпопад спросил я.

— Да, — она не сдержала довольную улыбку. — Вот, стоило обзавестись личной помощницей, как столько времени высвободилось на более важные вещи.

Сказала и замолчала, требовательно, настороженно глядя на меня.

— Так какими судьбами? — и руки на груди скрестила, защищаясь.

В позе — независимость, в глазах — вызов, на губах — манящая усмешка.

Будто и не было ничего. Будто я не целовал её, а она не льнула ко мне, пока не опомнилась и не сбежала.

— По делу приехал, — сухо сказал я, словно на стену налетел. — Несколько вопросов по товарищескому вашему договору нужно обсудить.

Вера вздёрнула брови и хмыкнула.

— У меня встреча с Николаем на девять утра назначена... Не терпели ваши вопросы до неё?

Она ещё и шутить изволила!

— Не терпели, — прорычал я и порадовался мысленно, что присяжный поверенный я хороший, всегда найду деталь, которую стоит обсудить. — Так вот, Вера Дмитриевна, я приехал, чтобы обсудить распределение голосов на собраниях...

Она задохнулась: шумно втянула воздух, даже крылья носа затрепетали, и с негодованием на меня взглянула.

— Вы врёте, князь, — кинула мне в лицо, не испугавшись. — Мне врёте, но да бог с этим, кто я такая, в конце концов? Не сестра вам, не мать, не невеста… — её лицо скривилось, и между нами встала фигура Лилианы. — Но себе вы тоже врёте.

Кто-то из рабочих окликнул её, но Вера словно не услышала. Строгие, холодные глаза неотрывно смотрели на меня, выжигая душу насквозь.

— Вы несвободны, князь, смею вам напомнить. А у меня есть принципы. Да и базарные разборки с вашей невестой мне не нужны, увольте.

— С Лилианой я разберусь, — ответил поспешно.

— И как же? Помолвку расторгнете? — остро, едко, безжалостно спросила Вера, выпрямившись ещё сильнее. — Ну, так я и думала.