Книга Брошенная снежная королева дракона, страница 59 – Юлий Люцифер

Про тайник.

Про ключ.

Про тех, кто роется в моем прошлом.

И про то, что даже любовница короля боится не его — а того, что я найду раньше нее.

С этого момента каждый разговор со мной будет стоить дороже.

Я посмотрела на Морвейн.

— К ночи все готово, — сказала я.

— Будет.

— Если меня попробуют задержать наверху слишком долго…

— Мы все равно будем на месте.

Я кивнула.

И пошла в сторону малого зала.

Потому что если днем у нас была прачечная, то теперь пришло время для другого уровня войны.

В малый зал я шла одна.

Не потому, что рядом не нашлось бы сопровождающих. Нашлись бы. Морвейн, стража, любая из служанок, если бы я захотела превратить собственный путь в маленькое торжественное шествие. Но сейчас мне было нужно другое. Несколько минут тишины между нижними службами и разговором с драконом. Несколько минут, чтобы уложить в себе то, что уже успело случиться за этот день, и не дать злости перегнать разум.

Хотя злость была прекрасна.

Чистая.

Холодная.

Рабочая.

Она больше не металась во мне как обида брошенной женщины. Теперь у нее была форма. Лиора. Портрет. Башня. Ключ. Тайник в бельевом коридоре. Ранвик. Эйлера, которая боится опоздать к правде. Морвейн, Торвальд и остальные, уже начинающие перестраиваться вокруг меня.

Слишком много для одного дня.

Достаточно, чтобы перестать сомневаться: против меня работали давно. И работали не грубо, а так, как умеют только в хороших дворцах и плохих семьях — через ослабление, через тишину, через привычку всех вокруг считать тебя уже почти исчезнувшей.

Теперь придется привыкать к обратному.

Коридоры верхнего уровня встретили меня прежней ледяной красотой. Высокие своды, свет, льющийся сквозь узкие окна, белый камень, который в этом замке умудрялся выглядеть то торжественно, то мертво. По пути попались двое советников. Оба поклонились слишком быстро. Значит, слухи уже пошли не только по прачечным.

Отлично.

Пусть север учится новому маршруту страха: сверху вниз и обратно.

У дверей малого зала на этот раз никого не оказалось. Ни стражи, ни лакея, ни даже дежурной тени. Либо он хотел говорить без свидетелей, либо успел разогнать их всех, когда понял, что разговор не будет удобным.

Я открыла дверь сама.

Он стоял у окна.

Спиной ко мне.

Темный силуэт на фоне снега, бушующего за стеклом. Руки сцеплены за спиной. Плечи напряжены так, будто под тканью кителя спрятаны не мышцы, а натянутые тросы. Он не обернулся сразу, но я знала: услышал меня еще до того, как дверь закрылась.

Некоторое время мы молчали.

Почти красиво.

Если бы не все остальное.

— Ты была в нижних службах, — произнес он наконец.

Не вопрос.

Я сняла перчатки, аккуратно положила на край стола.

— Как быстро до тебя доносят.

— Я не шучу.

— А я, думаешь, пришла сюда развлекать тебя анекдотами?

Он повернулся.

И вот тогда я увидела, зачем он звал меня немедленно.

Не злость.

Нет.

Злость была и раньше. Раздражение тоже. Настороженность — тем более.

Но сейчас в его лице было что-то новое, слишком ясное, чтобы ошибиться.

Страх.

Не тот, что у слабых людей бывает за себя. И не тот, который гонит мужчину защищать трон или репутацию. Гораздо хуже — страх человека, который понимает: события начали двигаться быстрее, чем он способен их удерживать.