Книга Василиса и проклятая мельница, страница 50 – Глория Нотта, Наталия Зябкова

— Да уж, −задумчиво поскрёб в затылке Силантий. – Полагаю, пара орехов и пустой мешок тебя не заинтересует?

— Не-а! У меня тут этих орехов пруд пруди! – помотала головой Любава. – А вот такие серёжки я давно хотела.

Я не сразу сообразила, что тонкий детский палец указывает прямо на меня, а точнее на моё ухо. Простенькие серебряные серёжки – невелика плата за возможный выход из смертельной опасности.

* * *

Узенькая тропинка под нашими ногами петляла как заяц, пытающийся улизнуть от охотящейся змеи, но раз за разом проигрывающий в этом поединке на выносливость. Выменянный золотой колокольчик при каждом шаге издавал мелодичную трель. В конце концов Силантий обмотал его мешковиной.

— Сдаётся мне, зря я эту неподъёмную Любаву на спине катал, − выдал он вздохнув. – Не помогла она нам, а всучила свой никчёмный колокольчик, чтобы он о нашем приближении оповещал. А мы и уши развесили – ты серьги отдала, я вообще, как дурак, перекинулся, выдал себя. Предупреждал Мельник, никому не верь!

— Ты же Ярине-Ягине тоже доверился… − сама не знаю зачем брякнула я. Что-то внутри не хотело давать бойкую Любаву в обиду.

— Скажешь тоже! – тут же взвился Сивка. – Ей можно, а вот девчонка эта… чует моё сердце, хлебнём мы из-за неё лиха.

— Ты бы лучше сказал, куда идти. Нам до вечера надо обратно успеть, а уже полдня благополучно прошло!

— Вперед, − огрызнулся парень, подавая пример.

На самом деле Любава нам объяснила, как дойти до сада – вот по этой самой тропинке, никуда не сворачивая. Неожиданно высоченные деревья кончились и перед нами возникла золотая ограда, высоко уходящая к облакам.

Клетка, тут же пришло в голову. Самая настоящая огромная золотая клетка.

— Пришли, − буркнул Силантий.

— Только как бы калитку отыскать? – всё-таки задала я мучающий вопрос. Парень раздражённо зыркнул на меня и пошел вдоль ограды. Не пройдя и пяти шагов, он вдруг запнулся – нога по щиколотку провалилась в ямку. Ругаясь на чём свет стоит, он сел на землю там, где стоял, болезненно потирая косточку.

— Чуть не ногу не сломал! – пожаловался он. – Вот так Ирий – и тут ям нарыли! Никуда от этих кротов не деться.

— Кто тут? – раздался хрипловатый тонкий голосок откуда-то слева. Так разговаривают неумелые клоуны, пытающиеся рассмешить аудиторию не шутками, а собственным видом. – Кто это костерит кротовую братию? Будь у меня глаза, хотел бы взглянуть на этого недоброго проходимца!

— Ты сам кто такой? – спросила я, почти без дрожи. Кого-кого, а меня никогда не обманывали размалёванные клоунские физиономии и наигранная весёлость.[1]

— Крот, кто же ещё? – изумился голос. Мне всё-таки удалось разглядеть его обладателя – из-под забора выглядывала голова величиной с порядком сдутый футбольный мяч, покрытая лоснящейся чёрной шерстью и трогательным розовым носом. – Вам в сад нужно?

— Как ты догадался? – выпалила я, не успев отреагировать на шиканья Силантия, корчившего уморительные рожи.

— Чего ж тут гадать? Все, кто оказываются у ограды, хотят попасть либо внутрь, либо наружу, в зависимости от того, где находятся.

— Ты случайно не знаешь, где ворота? – «пальнул наудачу» Силантий.

— Знаю, − важно ответил крот. – Нигде. Нет у Ирия врат. Тем, кому положено, проходят сквозь прутья без каких-либо препятствий. А тем, кому не положено… − хоть крот и был слепым, готова поспорить, он нам подмигнул и закончил: − Находят иные пути.