Книга Королева северных земель, страница 109 – Виктория Богачева

«Нехорошая рана», — подумала Сигрид.

Конунг вытащил огниво, вложил его воительнице в ладонь, сжав пальцы поверх её руки.

— Разведи огонь, — сказал негромко.

Терять им было уже нечего. Или посланник Фроди ушёл очень далеко. Или шум стычки привлёк его, и он вернулся, и понял, что они пришли за ним. Так что нынче затаился ещё пуще. А может, запутывает следы?..

Пройдя мимо Торлейва, Сигрид не удержалась и чувствительно пнула его в бок. Ярл слабо застонал. В разум он ещё не вернулся, и с наслаждением воительница вспомнила, как всадила топорик промеж его лопаток. Жаль, не раскрошила затылок.

Присев под корнями старой ели, Сигрид принялась высекать искру за искрой, пока наконец сухая труха не занялась слабым огнём. Она накидала веточек, и пламя разгорелось сильнее, осветило глухую, сомкнувшуюся вокруг них темноту.

— Сигрид, — негромко позвал Рагнар. — Посвети мне.

Она поднялась, подхватила горящую ветку и подошла ближе. Огонь дрогнул, выхватив бледное, покрытое потом и перекошенное от боли лицо мальчишки.

Рагнар коротким движением полоснул по куртке Гисли ножом. Грубая кожа подалась с трудом, но всё же разошлась с сухим треском. Следом конунг разорвал и его рубаху, обнажив плечо и бок. Ткань была уже тёплой и мокрой от крови, липла к пальцам.

Гисли дёрнулся и зашипел, пытаясь приподняться.

— Не… не надо со мной возиться, конунг... — выдавил хрипло.

Рагнар даже не посмотрел на него.

— На-ка вот, — сказал он и сунул в рот Гисли короткую и толстую палку. — Кусай и терпи.

Плащ конунга остался где-то в кустах, зацепившись за колючки, пока они с Торлейвом катались по земле. Поморщившись, Рагнар стянул через голову рубаху, надрезал и разорвал на длинные полосы, сунул несколько Сигрид.

— Как вытащу — сразу прижимай, — велел коротко. — Сильно. Не жалей его.

Воительница кивнула. Проглотив собственную боль, она опустилась на колени рядом с Гисли, положила ладонь ему на грудь, чувствуя, как та ходит ходуном.

— Смотри на меня, — сказала тихо. — Не закрывай глаза.

Мальчишка послушался. Зрачки его дрожали, но он держался, цепляясь взглядом за её лицо, будто за деревянную мачту посреди бушующего моря.

Рагнар перехватил рукоять ножа, что торчал из его плеча. На миг замер, а затем вытащил лезвие одним резким движением.

Гисли, ослепнув от боли, выплюнул палку изо рта, коротко, сдавленно вскрикнул и тут же захлебнулся воздухом. Сигрид тотчас прижала повязки к ране обеими руками, навалилась всем телом. Тёплая кровь пропитала ткань, пальцы стали скользкими, но она не ослабила нажима, только стиснула зубы.

Мальчишка застонал. Рагнар тем временем быстро и умело накладывал отрезы ткани поверх её ладоней, не давая крови вновь хлынуть. Когда она ловко убрала руки, конунг крепко затянул повязки, для надёжности обхватил тонким ремешком.

Когда всё было закончено и Гисли, обессилев, затих, Сигрид натянула остатки его рубахи повыше, пытаясь прикрыть рану, и накинула поверх распоротую куртку. С наслаждением выпрямившись, она отступила на шаг, подкинула ветвей в костёр, чтобы разгорелся сильнее.

Рагнар по-прежнему сидел на земле без рубахи, и отблески пламени выхватывали крепкое, ладно сбитое тело воина. Жилистое, выточенное, без капли лишнего жира. На шее темнели следы от чужих пальцев, и Сигрид запоздало поняла, как близко Торлейв был к тому, чтобы убить конунга.