Книга Горбовский, страница 126 – Марьяна Куприянова

— Саша, что ты такое говоришь! – нахмурился Пшежень. – Ничего там не может случиться. Согласен, что Льву надо было остаться, ведь он профессионал, каких в НИИ больше нет. Но все мы знаем, как он любит рисковать собой во благо другим.

— Что может угрожать им во время «распаковки»? – заволновалась Спицына.

— Видишь ли, в семидесятых, когда и случилась авария, лабораторию запечатывали наскоро, подручными средствами. Много лет прошло с тех пор, и никто уже не помнит наверняка, насколько качественно там все сделали, и по правилам ли? Но с костюмами биозащиты, я уверен, проблем не может быть.

— Но почему тогда от них так долго нет никаких вестей?

— А вот это как раз хороший знак. Значит, пока что все идет по плану. Если б что-то пошло не так, Лев Семенович сразу бы связался с Кравецом.

Спицына кивнула. Кто-то из ученых обратил внимание на то, что сирена перестала, наконец, завывать. Зато издалека раздавались звуки вертолетных лопастей.

— Поверить не могу, что правительство решилось на такой риск. Привезти живых инфицированных прямо сюда. Уму непостижимо. Когда такое было в последний раз, Юрек Андреевич?

— В начале двухтысячных, насколько я помню. Давненько, в общем, – ответил Пшежень, неохотно отрываясь от черной папки, содержимое которой он принялся изучать.

— Но почему именно к нам? – не понимала Марина.

— На то может быть лишь одна причина – расстояние. Населенный пункт, где обнаружены первые в России зараженные, вероятно, располагается ближе всего к нашему городу. Так как инфицированные умирают очень быстро, сверху решили не терять времени: изолировать их и сразу же отправить не в госпиталь, а в ближайший НИИ вирусологии. Это колоссальный риск, однако и большое преимущество. Я полагаю, ни один НИИ страны, кроме нашего, не получит живой генетический материал именно сейчас.

— То есть, вирус уже так близко? Но ведь мы все не вакцинированы! – Марина как будто только что осознала всю тяжесть происходящего.

— В том-то все и дело, Марин. В том все и дело.

Спицына внимательно посмотрела коллегам в глаза. Всем по очереди. Ее словно обухом по голове ударили. Она не могла поверить в то, что сейчас произнесет. Во рту внезапно пересохло.

— Высока вероятность того, что вирус доберется сюда намного раньше, чем будет разработана вакцина?

— Разумеется. Ведь вирус будет здесь уже сегодня, – спокойно заметил Гаев. – Инфицированные несут его в себе.

— Стоит признать, что задействовать подземную лабораторию было не такой уж плохой идеей, – философски заметил Гордеев.

— Но ведь вирус распространяется по воздуху. Мы еще так мало об этом знаем!

— Действуем почти вслепую, да. Но больных привезут в герметичных боксах. Затем эти боксы поместят под землей. Войти к ним за кровью – костюм биологической защиты. Выйти – дезинфицирующий газ. Надеюсь, все обойдется.

— Инфицированные умирают за пару дней, верно? Никто не откроет вакцину за пару дней! Даже за неделю! – задыхалась девушка.

— Естественно, – печально кивнул Гордеев.

— Эти люди просто умрут здесь?!

— Жаль, но это так, – признал вирусолог и отвел глаза.

Марина растерянно моргала, осматривая коллег. Юрек Андреевич внимательно читал содержимое папки, что передал Кравец, и в разговор больше не вмешивался.

— Да, мы не сумеем помочь им, – заговорил Гордеев спустя некоторое время, и в его голосе прорезались металлические нотки, словно он переживал в тот миг воодушевление, смешанное с осознанием полного бессилия. – Но я уверен, что мы сможем помочь остальным. Каждая жизнь ценна, но когда речь идет о миллионах людей… К сожалению, многие обречены, пока нет вакцины. Десятки и сотни. Придется смириться с жесткой реальностью. Иначе нам не выжить. Пойми, Марина, эти люди все равно умрут. Вирусологи – не кудесники, к сожалению. Но в данном случае их смерть не будет напрасной. Они – наш ключ к изобретению вакцины, их кровь содержит разгадку генетического материала вируса, и мы… мы обязательно сделаем все возможное, чтобы остановить его.