Онлайн книга «Игра убийцы»
|
Прежде чем уйти, Дани нужно было сделать еще одно дело, хотя она и понимала, какую боль ее визит причиняет всем. Правила были ей хорошо известны. Участие в тайной операции означало полное отсутствие общения с посторонними. Однако Дани нужно было попросить сестру об одном одолжении, а также узнать, как дела у брата. Проглотив слова, уже готовые сорваться с языка, она сменила тактику: — Также я хотела попросить Эрику об одном одолжении. — О каком еще одолжении? – Мануэла подозрительно прищурилась. — Сделать мне новую прическу. — Эрика больше не занимается волосами, – резко ответила Мануэла. – Она работает медсестрой, здесь, на нашей улице. – Повернувшись к Эрике, тетка улыбнулась: – Наша Эрика станет врачом. — Я ничего не имею против, – виновато улыбнулась Эрика. Взгляд Мануэлы – теперь уже недовольный – снова обратился на Дани. — С чего это такой внезапный интерес к своей внешности? – Она окинула Дани критическим взором. – Раньше ты не обращала на это особого внимания. Почувствовав, как по затылку у нее разливается волна обжигающего гнева, Дани тем не менее сохранила свой тон небрежным: — Настала пора перемен. — У меня в ванной осталось все необходимое для стрижки, – сказала Эрика, стараясь разрядить обстановку. – Можно будет что-нибудь придумать. – Схватив Дани за руку, она потащила ее в коридор. – Это будет прикольно! — Я помогу, – предложил Ахель. – Знаете, моральная поддержка и все такое… Послушно последовав за братом и сестрой, Дани в дверях оглянулась на Мануэлу, которая стояла посреди гостиной, подбоченившись и сверкая взглядом им вслед. — Мне очень хочется, чтобы она оставила тебя в покое, – сказала Эрика, закрыв за ними дверь в ванную. – Дерьмо из нее так и прет. — Ну, большой любви тебе от нее ждать нечего, – напомнил сестре Ахель. – Однако твои счета она оплачивает исправно. Дани рассказала им с Эрикой о том, что каждый месяц присылает тетке деньги, как гарантию того, что та действительно будет тратить их на племянников. Она не думала, что Мануэла будет откровенно обворовывать своих родственников, но контроль за счетами и чеками помогал избежать соблазна, ничего не оставляя на волю случая. Кроме того, это давало Мануэле стимул и дальше обеспечивать племянника и племянницу крышей над головой до тех пор, пока те не будут готовы пуститься в самостоятельное плавание. Мануэле, чьи собственные дети, став взрослыми, девять лет назад ушли из дома, пришлось непросто, когда на нее неожиданно свалилась забота о троих несовершеннолетних детях своего брата. Она изначально лучше относилась к Эрике и Ахелю, и это предпочтение становилось все более выраженным с каждым днем после того, как они переехали жить к ней. Всякий раз, когда Дани делала что-то такое, чего тетка не одобряла, она бормотала себе под нос: «Como tu mamá»[16] – причем достаточно громко, чтобы Дани знала о том, что поступает как своя мать. После того как мать, окончательно сломленную, поместили в психиатрическое отделение клиники Бельвью, служба опеки передала троих детей тете Мануэле и дяде Пабло, живущим совсем рядом, всего в нескольких кварталах. Дани тогда было семнадцать лет, она была на четыре года старше Эрики и на семь – Ахеля. Сотрудники опеки были рады тому, что все трое смогут продолжать обучение в той же школе, что и раньше, и заверили судью, что это позволит детям получать поддержку от своих друзей. Однако тут они, к сожалению, ошибались. Для Дани было бы гораздо лучше переехать куда-нибудь на новое место и полностью сменить круг общения. Одноклассники сплетничали, избегая ее. Она слышала, как они перешептываются: «Вы знаете, что произошло? Их мать loca[17]! У них вся семья ненормальная!» |