Книга Гранитная гавань, страница 111 – Питер Николс

— То есть тело привезли сюда и бросили?

— Я бы не сказал, что бросили. Расположение тела, конечностей скорее соответствует естественному положению. Больше похоже, что он лег, свернулся калачиком и заснул. Прямо там, на лужайке, где его нашли.

— Причина смерти?

— Как и в случае первого мальчика – не рана. Разрез прямой мышцы живота – брюшной стенки – чистый и неглубокий. Не кровопотеря. Не надрезы или повреждения внутренних органов. Но признаков удушения на этот раз нет. Скорее всего, он скончался от гипотермии. Похоже, пролежал там всю ночь. Прошлой ночью температура упала до минус двадцати пяти. Вероятно, он выжил бы, если бы добрался до больницы.

Лучше бы Фил этого не говорил, подумал Алекс.

— Еще у него ссадины на запястьях и лодыжках. Глубокие следы от веревки. Гораздо глубже, чем у первого мальчика. Он явно боролся. Видимо, это не обычная веревка, не гладкая и не гибкая как нейлон, а грубая полипропиленовая, дешевая, но прочная. Трению она не подвержена, но затянуть ее в узел трудновато, и держатся они плохо. Конечно, я не могу сказать наверняка, но мне кажется, его связали полипропиленовой веревкой и оставили на достаточно долгое время, дав возможность прорвать ремни, развязать узлы, каким-то образом освободиться.

— Когда ему разрезали живот?

— Он молодой и сильный. Синяки вокруг запястий и лодыжек оставил он сам в борьбе за свободу. Долгой борьбе. Потом он, возможно, сбежал. Каким-то образом дополз туда. Других следов на нем нет. Добрался до лужайки, лег и умер.

— Но добирался не вплавь?

— Могу только сказать, что в воду его тело не погружалось.

Алекс привязал каяк к крыше «Субару» и поехал в лагерь на Торндайк-Роуд. Там он перенес каяк через лужайку и столкнул в воду.

Озеро Муди было частью водного пути реки Лун, берущей начало где-то в глубинке штата Мэн, далеко от округа Колдер. Оттуда вода стекала в многочисленные ручьи, реки, пруды, порой и озера. Насколько судоходными они были, Алекс не знал. Но текли в одну сторону – к морю.

Алекс забрался в каяк, устроился поудобнее, оттолкнулся от небольших камней на краю лужайки. Проплыл совсем немного от берега, поднял весло и позволил ветру и течению нести его туда, куда им вздумается. Сориентировав нос лодки по направлению движения, Алекс отпустил каяк и стал смотреть, что он будет делать. Заколоченные дома, гаражи и хозяйственные постройки по соседству он уже осмотрел и не обнаружил ничего связанного с тем, что случилось с Джаредом. Другие дома района Алекс тоже обошел.

Он был уверен, что Джаред переплыл пруд за домом и выбрался на берег. Но в воду его тело не погружалось – в полости тела не было воды, волосы были сухими.

Значит, он приплыл на лодке. Алекс ясно представил эту картину. Каким-то образом Джаред освободился, нашел лодку, привязанную к причалу, заполз в нее, отвязал веревку, оттолкнулся и уплыл. Не имея сил, чтобы грести, он лег и направился туда, куда его несла лодка, – вниз по течению, – пока она не врезалась в берег у дома номер 27 на Торндайк-роуд. Там Джаред выбрался и по траве пополз к дому… Но не дополз. Замерзший, раненый, он свернулся калачиком и уснул навсегда.

Но лодка продолжала плыть. Пустая, поворачиваемая течением, подгоняемая ветром, она дрейфовала дальше. Алекс не нашел ее там, откуда она пришла, у доков на водном пути выше по течению. Лодка Джареда, которую Алекс надеялся опознать по названию или регистрационному номеру, лежала где-то ниже.