Книга Гранитная гавань, страница 112 – Питер Николс

Каяк вскоре добрался до восточного берега озера Муди. По мере того как берега сближались, скорость набирала обороты, поскольку вода воронкой устремлялась в узкий вход в реку Лун. Алекс смотрел в карту, но она не давала ему представления о глубине и судоходности того водоема, каменистое дно которого простиралось перед ним. Он знал только, что река Лун впадает в ручей Феллоуз, который, в свою очередь, впадает в озеро Коулмен, а оттуда извилистыми путями течет к Фэрхейвену и морю… Но он не думал, что ему придется заходить так далеко.

Камни возвышались, не преграждая ему путь в реку Лун. Он несколько раз опускал весло, чтобы не напороться на камень, но старался, чтобы каяк сам искал путь. Плыть, дрейфовать, вращаться, сесть на мель вслед за лодкой Джареда после того, как она отплыла от лужайки на Торндайк-роуд.

А потом – вот чего он не заметил или не учел, рассматривая карту, – река разделилась впереди на два рукава по обе стороны крошечного, не больше тракторного прицепа, острова или даже, вернее сказать, холма посреди течения, достаточно, однако же, крепкого, чтобы зарасти небольшими деревьями. Вода с одинаковой силой вливалась в оба узких рукава.

Куда держать путь? Это должен был решить каяк. Он позволил унести себя вправо, туда, где течение было чуть быстрее.

Когда остров проплыл мимо, Алекс увидел, где две развилки слились впереди в беспорядке каменистых отмелей, и вот где она была. Застряла среди упавших стволов.

Алекс вышел из каяка. Вода едва доставала до щиколоток его походных ботинок. На таких лодках рыбачили или просто катались по прудам и озерам. Широкий, плоский корпус, легко управляемый небольшим подвесным двигателем. Ничего, что отличало бы ее от тысяч других. Совсем простая, алюминиевая. Маленький подвесной двигатель на корме, наклоненный вверх и вбок, застрявший среди камней винт, дрожавший и качавшийся на воде. Помятый корпус – может быть, он и раньше таким был, может быть, на нем сказалось путешествие по каменистому дну реки Лун.

Добравшись до лодки, Алекс заглянул внутрь. На корме располагался пластиковый красный бензобак. На дне стояла вода. На широком алюминиевом сиденье виднелось большое пятно коричневой, не совсем засохшей крови. Алекс вынул из кармана куртки пакет для сбора улик и визитную карточку. Снял карточкой слой крови, положил ее в пакет.

Прошел к носу лодки. Увидел маленькие черные буквы и цифры, которые уже отслаивались, но полностью сохранились: NC 3704 JH.

Сфотографировал номера, сфотографировал лодку, отправил все это Кевину Реджису с сообщением: «Найдите мне владельца этой лодки, адрес, телефон».

Реакция на пресс-релиз и сообщение в СМИ о том, что уже второй ученик средней школы Гранитной гавани найден убитым, была вполне предсказуемой. Грузовики, репортеры, камеры и небольшая, но стремительно растущая толпа зевак – все это заполнило тротуар возле участка имени Уильяма П. Меррилла почти сразу. Сообщения о том, что пока нет никаких подробностей о месте, времени или причине смерти, что полицейское управление Гранитной гавани представит информацию «как можно скорее», лишь усилило всеобщее возмущение.

В фойе участка толпились встревоженные – так они себя называли – родители во главе с Морганой. Они устроили нечто вроде стихийного митинга, так что шефу Рейнтри пришлось пригласить их в конференц-зал. И там митинг сменился гневной тирадой бывшей жены детектива Брангвена.