Книга Зверь внутри, страница 145 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Вы боитесь?

— Скажите, а вы вообще следите за тем, что происходит?

Конрад Симонсен подумал, что у окружающих вошло в привычку задавать ему этот вопрос. Он не ответил, достал визитную карточку, что-то написал на обратной стороне, положил в конверт и протянул собеседнику:

— Вот, возьмите. На обратной стороне карточки номера моих телефонов, а в конверте ряд вещей, которые нам необходимо прояснить. По правде говоря, дело не терпит отлагательств, но я не могу вам приказывать, могу только просить… Позвоните мне после разговора с вашим другом. Если возникнут проблемы, тоже звоните.

Собеседник сунул в карман карточку, а конверт убрал в портфель.

— Вы найдете убийц этих пятерых?

— Без сомнения. Я обязан их найти. Не сегодня, так завтра, или на следующей неделе, или в следующем году. Рано или поздно я их найду, а если мне немного повезет, случится это очень скоро.

— Надеюсь на последнее. Тогда ненависть постепенно спадет…

Слова его прозвучали не особенно убедительно. Скорее как заклинание.

На прощание они обменялись рукопожатием.

Полина Берг с таким энтузиазмом отстаивала свое предложение, что Конрад Симонсен дал ей возможность выговориться до конца. И только когда она уже стала повторяться, остановил ее пламенную речь, коротко перечислив основные аргументы, но так и не дав понять, убедила она его или нет.

— Ты утверждаешь, что Стиг Оге Торсен боится женщин, вернее, близкого контакта с женщинами своего возраста, и поэтому предлагаешь использовать эту его особенность во время допроса. Ты хочешь вести допрос, но, объективно говоря, ты из нас самая малоопытная, к тому же вносишь свое предложение менее чем за два часа до допроса. И ссылаешься при этом на десятиминутный телефонный разговор с его спутницей по греческому круизу. Я правильно тебя понял?

Самая юная сотрудница убойного отдела твердо стояла на своем:

— Да, правильно.

— Женщина позвонила сама, и у нас нет уверенности, что ее сведения достоверны. Так?

— Да, никакой уверенности у нас нет.

— Ладно, давай дальше.

— Допрос будем вести мы с Графиней, но нам нужно будет слегка переоборудовать допросную, чтобы обстановка стала более интимной. Все участники должны располагаться как можно ближе друг к другу.

Арне Педерсен уставил взгляд в потолок, а Конрад Симонсен, напротив, одобрительно кивнул. Впрочем, окончательного решения он еще не принял, а потому задал следующий вопрос:

— А меня ты из списка исключила?

Полина Берг, сконфузившись, ответила уклончиво:

— Знакомая по круизу назвала те же детали, какие я замечала в поведении мужчин, которые нервничали в моем присутствии или просто меня боялись. Я читала, что такие реакции особенно характерны для мужчин, имевших проблемы в детстве и подростковом возрасте. А это замечательно коррелирует с тем, что Стиг Оге Торсен лечился у Джереми Флойда.

Арне Педерсен посмотрел на нее с изумлением: такого он от нее не ожидал. Она не ответила на его взгляд, в упор глядя на Конрада Симонсена, в раздумчивости наблюдавшего, как по оконному стеклу неровно стекают капли дождя. Ее уверенность в себе достигла апогея.

Накануне вечером, едва сдерживая слезы, она навестила Каспера Планка, даже не предупредив его о своем визите. На душе у нее кошки скребли из-за того, что она соврала Графине, докладывая о результатах допроса в спорткомплексе Гудме. Когда же ей стало невмоготу, она решила обратиться к бывшему шефу убойного отдела, поскольку считала его единственным человеком, который в состоянии понять ее.