Книга Река – костяные берега, страница 140 – Полина Луговцова

— А долго твоя бабушка утопленной была? – поинтересовался Борис, впечатленный рассказом.

— Наверное, очень долго. Я нашла-то ее только на другой день после того, как хватилась. Простому человеку столько не продержаться. Точно, дух царь-щуки в нее вошел! Поэтому и рыба в сети косяками идет – ее воле подчиняется.

— Ну, тут бы я поспорил! – скривившись в усмешке, Борис хотел было рассказать о человеческих останках, оказавшихся среди пойманной рыбы, но, заглянув в испуганные глаза Нюры, передумал.

Оказалось, он зря переживал: Нюра была не только в курсе этих дел, но и поведала новые леденящие подробности.

— Самое ужасное то, что эти бандиты… – Она метнула взгляд в сторону мужиков, возившихся на помосте, – не верят в действие заговора и делают наживку для рыбы из… – Запнувшись, она выдавила с трудом: – Из людей!

Борис нервно затряс головой, соглашаясь:

— Да-да, я видел в сетях… Они убили всю команду с буксира, хотя и говорят, что те сами напали на них.

— А еще хотят убить двух полицейских, которые приплыли ночью на катере! – добавила Нюра, вытаращившись от ужаса. – Бабушка пригласила их в терем, а Лапоть и Красавчик связали их и заперли в сарае, где разделывают рыбу. Я случайно подслушала, как они говорили, что сегодня ночью будут ловить на них угря! Говорят, на свежую кровь будут пробовать – значит, прямо там, на реке, их и убьют. И мне кажется, что бабушка об этом знает… но я не уверена. Не могу представить, что она обо всем знает и молчит! Поэтому я хочу сбежать отсюда.

— Сбежать? – оживился Борис. – Я тоже собираюсь свалить поскорее из этого местечка. Лодку бы… Пешком – не уверен, что получится.

— Пешком и не получится! Река вокруг Кудыкино сплошным кольцом, я с верхнего этажа терема видела. Нет просвета. Только плыть, да и то… Надо секрет знать! – Нюра загадочно взглянула на него.

— Что еще за секрет? – все эти странности Борису не нравились.

— Есть одна штуковина, которая поможет… Тоже случайно услышала об этом, когда еще гостья из мертвой деревни бабушку заговору учила. Так вот, гостья сказала, что чувствует, будто у кого-то в селе есть сильный оберег, сделанный из челюсти царь-щуки, но не знает, в каком именно доме его прячут. Этот оберег имеет большую власть над духом царь-щуки, и хозяин оберега может повелевать как самим духом, так и тем человеком, который этот дух призвал.

— И где взять такой оберег?

— Он у меня. – Нюра произнесла эти слова едва слышно, одними губами, а потом настороженно огляделась. Вокруг по-прежнему никого не было, только вдалеке, у подножия помоста, кудыкинские мужики грузили в тележку корзины с рыбой.

— Тогда почему ты не прикажешь своей бабке прекратить это безобразие? – недоверчиво спросил Борис и подумал про себя: «Какие-то обереги… Надо выбираться, а я сижу и слушаю всякий бред! Как бы отделаться от этой дурочки?»

— Ты что? А вдруг не сработает? Я ей в глаза-то смотреть боюсь! А вот сбежать – другое дело. К тому же, я знаю, где раздобыть катер. С оберегом-то река выпустит, не погубит нас.

— Нас… – машинально повторил за ней Борис, вскинув брови.

— Одной мне не справиться, и потом… Бежать-то мне некуда, разве что ты меня к себе жить возьмешь.

Борис застыл, не зная, что ответить. Нюра помолчала с минуту и, вздохнув так, будто решилась на какой-то трудный шаг, снова заговорила: